Меня бросило в жар, кровь резко отхлынула от лица, и по телу пробежался озноб. Приятная сытость сменилась тошнотворной тяжестью в желудке.

Так вот почему я так быстро устаю! Почему я чувствую себя такой разбитой, несмотря на кажущуюся молодость и прилив сил! Это не слабое здоровье тела Талиссы, это озеро уже начало… пить.

— И… этот замок, его магия восстановления… — начала я рассуждать шёпотом, потому что мои губы едва слушались от накатывающей паники.

— …подпитывается той же силой, что даёт озеру жизнь и целительную мощь. Твоей силой, Талисса, — подтвердил Риан. — Ты стала Хранительницей в тот момент, когда замок признал тебя хозяйкой. С этого мгновения связь установилась. Озеро начало черпать энергию из тебя, восстанавливать замок, продлевать твою жизнь. Медленно, но неотвратимо. Как вода, подтачивающая камень.

Я откинулась на подушки, вжавшись в спинку дивана и отодвигаясь от озера и от стола, будто они стали мне врагами. Собственно, так и было.

— Почему… почему ты не сказал мне сразу?! — дрожащим голосом прошептала я. — Почему не остановил? Почему не прогнал прочь? Ты же всё знал? Знал?!

— Знал, — без колебаний признал Риан. В его глазах не было и тени сожаления о сокрытии, только решимость. — Знал, что такая возможность существует, но не знал, что озеро примет тебя. Этого никто никогда не может знать заранее. Но знай я, что замок выберет именно тебя… Я бы действовал точно так же. С этим можно жить, и я научу тебя как. А вот альтернатива заключалась бы в том, что ты бы осталась со своим Леохрюком, и он бы тебя свёл могилу очень быстро — бедняжка Талисса была слишком слаба здоровьем и не выдержала воздействия яда, которым он её отравил. Разве ты не хотела жить? Вот ты и ожила, едва попала на территорию моих владений — потому что озеро выбрало тебя Хранительницей. Так что… я ни о чём не жалею, и тебе не советую. Да и, в общем-то, это можно назвать своеобразным симбиозом с озером.

— Симбиозом?! — фыркнула я с горькой усмешкой. — Ты немного путаешь в понятиях, уважаемый герцог. Это скорее паразитизм, чем симбиоз! Оно пьёт мою жизнь, Риан! А что я получаю взамен?! Замок-вампир и нежеланного жениха в подарок? Как-то несправедливо!

— Ты получаешь жизнь, Талисса, — чуть более резким голосом ответил мужчина. — Жизнь, которой у тебя не было. Силу бороться с недугом, который неминуемо сломил бы тело, в которое ты попала. Замок даёт тебе убежище, статус, защиту от Леосвина, озеро — потенциал для самореализации в качестве предприимчивой хозяйки курорта. И да, долгую жизнь… но вот чтобы ты не лежала пластом всю оставшуюся жизнь и могла осуществлять свои грандиозные планы по перестройке замка, я тебе советую принять мою помощь и не упрямится.

Риан снова взял в руки тот злополучный пузырёк. Жидкость внутри гранёного флакона мерцала в свете гирлянд теперь зловеще, а вовсе не загадочно.

— Вот для чего это, да? — мрачно, не скрывая отвращения и возмущения, процедила я. — Не для сна и не для здоровья на самом деле. Это… подкормка? Чтобы я дольше продержалась, пока озеро из меня высасывает жизненные силы? Чтобы я дольше была его кормушкой? Как цинично, Риан. А когда я «закончусь», найдёшь себе другую дурочку, чтобы своё расчудесное хищное озеро кормить?!

Глава 39

— Это стабилизатор, Талисса, — терпеливо произнёс Регенхейм. — Лекарство, которое я приготовил. На основе воды озера, но усиленное кристаллами из грота и травами, которые замедляют процесс отдачи, делают его более… щадящим для твоего тела. Они помогают телу адаптироваться, быстрее восстанавливать часть того, что отдаётся.

— Я могу прожить без него? — настороженно процедила я.

— Без него… — Риан сделал театральную паузу, видимо, чтобы придать словам большую значимость, — усталость будет накапливаться быстрее. Слабость станет твоей постоянной спутницей. Кошмары — это эхо связи, отголоски древней боли озера, которые ты будешь чувствовать всё острее по мере истощения. Они будут приходить не только во сне, и вскоре ты можешь начать путать сон и явь. Без поддержки связь может стать разрушительной для тебя. Так что, рекомендую принять мою помощь.

Я смотрела то на пузырёк, то на лицо герцога, то на кроваво-чёрное зеркало озера. Горло сжималось то ли от страха, то ли от гнева, поднимающегося изнутри. Или от бессилия? Бесконечного, унизительного бессилия от осознания того факта, что я попала в ловушку?

Красивую, романтичную, уютную… но ловушку на берегу волшебного озера, из которой не было выхода. Замок, который я хотела сделать своим спасением и независимостью, оказался тюрьмой, завязанной на моей жизненной силе, и определяющей весь дальнейший ход моей жизни.

И меня это не устраивало, разумеется.