— Наверно, — пожала я плечами. – Слушай, а ты хорошо разбираешься в местности? Можешь помочь мне найти кое-какие места на карте?

— Нас учили знать карту, — пробасил Эльгибор.

— Поможешь мне?

Латник кивнул. Я усадила его за стол. Развернула карту, приготовила перо и чернила.

— Покажи мне, пожалуйста, Малтию, деревню Долгое. – Страж ткнул пальцем, я поставила точку. – А теперь – Серые горы…

Я продержала Эльгибора почти до ведьминого часа. Он ткал пальцем в места, которые я указывала, а я ставила крестики и точки, которые соединяла отрезком. Крестиком обозначала места нападения, а точкой направления движения согласно записям Донсона Браунига.

В итоге у меня получилось тридцать пять отрезков.

— Вот, Эльгибор, теперь мы продлим эти отрезки и посмотрим какие получатся точки пересечения. Так, смотри Эльгибор, семнадцать лучей прошли через одну точку. Это больше, чем я ожидала. Соединились где-то в смешанном лесу, если я не путаюсь в обозначениях. Ещё вижу шесть соединились где-то на границе Малтии. Это может быть случайностью, но семнадцать… Эльгибор, кажется мы обнаружили логово Дракулы. Можем поздравить друг друга.

Общаться с Эльгибором было сродни разговору с неживой природой: тебе ничего не ответили, но ты вроде как высказалась.

Мне сразу захотелось сообщить о своём открытии тому, кто это оценит. Но священник, как и здравник уже спали. Будить не стала. Пожелала Эльгибору спокойной ночи и легла на свою новую шикарную кровать под балдахином и тут же провалилась в объятия морфея.

Просыпаясь, ощутила запах мелиссы. Я не ошиблась: рядом со мной лежала свежесорванная мелисса на длинном стебле. Рядом нашла записку с уже знакомым витиеватым подчерком. Снова двустишье:

«Ты озарила жизнь мою,

За то тебя благодарю»

Ниже приписка:«Мелисса – символ глубокой симпатии. Встретимся в баттери за час до обеда».

Какой ты романтик, граф Натаниэль Кристан! Я улыбнулась и понежилась в кровати. Сердце забилось сильнее от предвкушения скорого свидания. Я взглянула на свечные часы – до обеда оставалось немногим больше часа. Ни Грэга Тилли, ни Донсона Браунига в покоях не было, только хмурый страж возвещал о себе мерным храпом.

Стараясь создавать поменьше шума, дабы не потревожить хмурого латника, я оделась, нацепила на шею кулончик с мятой, призванный скрыть прочие не столь приятные запахи. И пока Эльгибор воинственно храпел, прокралась за дверь и поспешила на первый этаж в помещение с бутылками алкоголя, где ждал мой Натаниэль. Но по дороге меня встретил неприятный сюрприз.

— Эй, юродивый! – окликнул меня рыжий Датмир.

Я не обернулась.

Он нагнал меня сзади и больно толкнул в бок.

Не знаю, чем бы всё это закончилось, не вмешайся Натаниэль Кристан.

— Не тронь ле… лекаря! – Потребовал он. – И это моё последнее тебе предупреждение.

Датмир замер. Он явно не ожидал появления его сиятельства. Не сказав ни слова, чубась резко поклонился и убрался прочь с глаз. Я выдохнула.

— Прости за него. Датмир привык, что люди, не имеющие высокого статуса, расшаркиваются и угодничают перед ним. Больше он такого себе не позволит.

Я пожала плечами.

— Есть категория людей, которые чувствуют себя более значимыми, унижая тех, кто, по их мнению, слабее. Особенно если у этих тех есть то, что желают иметь они сами. Например, благосклонность хозяина. Такие люди могут некоторое время притворятся хорошими, но никогда не изменятся.

— Ты очень рассудительна. – Улыбнулся Натаниэль касаясь моих губ своими. — Благословение иметь умную жену.

— Что? – С улыбкой повторила я. Неужели…

— Падать на одно колено буду после батюшкиного согласия.

Сердце подпрыгнуло, а Натаниэль притянул меня ближе, одаривая ласками.

— Должно быть новая постель пришлась тебе по вкусу раз спала до обестны, — заметил Натаниэль. – Кстати, почему тебя не сопровождает Эльгибор? Получит своё, когда попадётся мне на глаза.

Ой, не хотелось подставлять латника.

— Это из-за меня, Натаниэль. Всю ночь я его напрягала с заданием. А потом ускользнула к тебе, когда он прикрыл глаза. Не наказывай, пожалуйста, стража.

— И каким таким заданием ты его напрягала ночью? – Прищурился граф.

— Объяснял мне карту местности.

Натаниэль поднял бровь. Хмыкнул. Потом схватил меня за руку и потянул в глубь баттери.

— Не знаю, как принято в твоём мире, но в Виене положено поднимать чарки, когда происходит что-то судьбоносное, например, встречаешь деву, что тебе предназначена.

Я улыбнулась чувствовать себя предназначенной Натаниэлю Кристану было очень приятно.

— У нас тоже, пьют горячительное при каждом удобном случае, — ответила я, но осознав насколько невежлива, быстро добавила — а в эпохальных ситуациях так особенно.

Натаниэль снова заломил бровь, но тему развивать не стал, вместо этого обернулся к заставленным вином полкам.