– А и правда, зачем надо было его стакан мыть? Смыть следы яда? Так вскрытие бы все равно, уж извини, Юр, показало препарат в твоем организме. Или НЕ показало бы?

Последний вопрос Дарья произнесла медленно, догадавшись:

– Выходит, что НЕ показало бы оно ничего, да? Если бы Юрий не захлебнулся, так просто сердце бы у него остановилось, так, да?

– Да, – Владимир закончил что-то писать в телефоне и ответил на вопрос Дарьи. – И это не обязательно мог быть яд. Вполне могло быть и лекарство. Есть такие, несовместимые с алкоголем и той дурью, что они ранее ему подсыпали.

– Ранее подсыпали? – Дарья растерянно перевела взгляд на Юрия и обратно на Владимира. – Когда?

– В ресторане, перед самым отъездом. Это Юрий сам Вам потом расскажет. А сейчас можно подняться к тому окну, что выходит на дом Юрия?

– Да, пойдемте, – и первая шагнула к лестнице, ведущей на второй этаж.

Дарья привела Владимира в спальню, мысленно порадовавшись, что застелила кровать покрывалом. Не к чему этому опасному мужчине было видеть то гламурное постельное белье, что она застелила для романтической ночи с мужем.

Мужчина окинул комнату быстрым, но явно профессиональным взглядом, и шагнул к окну, полюбовался видом из окна, уточнил, кивнув на дверь в доме Дубовых:

– Это там они стояли?

– Да.

– А Вы видели то, как они приехали?

– Да, то есть, нет. Точнее, если Вы о том, видела ли я, кто из них был за рулем, то нет, не видела, – под взглядом Владимира Дарья почему-то терялась как двоечник у доски. – Я была здесь, в этой комнате. Поднялась, чтобы положить кое-какие вещи, и тут позвонила моя подруга Элен. Я села на кровать, разговаривая с подругой, и тут в доме погас свет. Оказалось, что вырубило пробки.

– Просто вырубило и все? – тут же проявил интерес Владимир.

– Да, и всё. Мне потом один из полицейских, что вслед за скорой на вызов приехали, все исправил. Он попросил предъявить документы, а они были здесь, ну вот мы с ним и пришли.

– Выходит, когда Юрий с дамами приехали, ваш дом стоял в полной темноте, верно? – уточнил Чернов.

– Да. Свет вырубился, а я осталась сидеть на кровати. Побоялась идти вниз в темноте. Мне надо было закончить разговор, поэтому я не могла активировать фонарик в телефоне. Не часто я им пользуюсь, не сразу нашла.

Дарья смутилась под внимательным взглядом мужчины. Было все-таки в нем что-то опасное.

– Мы говорили с подругой по телефону, и тут зажегся прожектор, что включается у Дубовых на движение. Его свет проникает и в эту комнату, а не только их парковку освещает. Я поднялась с кровати, удивившись, что Дубовы на дачу приехали, еще подумала, что они тоже…, – Дарья, не договорив предложение, замолчала, сжала кулачки и неожиданно коротко рыкнула сама на себя, успокоилась и закончила:

– А увидела, как Юрий идет, поддерживаемый с двух сторон двумя девицами. Еще поразилась тому, что он очень сильно пьян.

– Вот как?

– Да. Он еле переставлял ноги, его качало из стороны в сторону. Девицы визжали и хохотали, удерживая его и не давая упасть, – Владимир покивал.

– Знаете, я никогда Юрия таким пьяным не видела. Ни разу! С нами, то есть, при нас, я хотела сказать, Юрий никогда так не напивался.

Владимир отошел от окна, набрал кого-то в телефоне, бросил своему собеседнику короткое: “Подойди к его воротам”, – и без предупреждения выключил в комнате свет.

Едва спальня погрузилась в темноту, как тут же, спустя секунду, озарилась светом из прожектора на участке Дубовых. Чернов вернулся к окну, еще раз окинул взглядом открывшийся из окна вид и, вернувшись к выключателю, включил свет в спальне.

– Дарья, а как часто вы с мужем приезжаете зимой на дачу?

– Редко. Можем всего один или два раза приехать. Дом стоит на сигнализации, нет смысла сюда зимой ездить.

Владимир покивал своим мыслям и вышел в общий коридорчик, указав на дверь напротив, уточнил:

– А это спальня Вашего сына, я полагаю? Я посмотрю?

Дарья удивилась, но разрешила. Владимира опять больше интересовал вид из окна и опять в темноте.

– Спасибо. Дарья, пойдемте вниз.

Спустившись на первый этаж, Владимир прошел на кухню, сел за стол и, обратившись к Юрию, выдал вердикт:

– Да, дядя Вася – это был заказ на убийство. И думается мне, что в скором времени мы узнаем, кто тебя заказал. Придется тебе какое-то время побыть трупом.