Я понял, что как дурак подпираю закрытую дверь. Прохожие оглядывались на меня и робко отводили взгляд. Весь перепачканный, одежда местами даже чуть обуглена, а от самого тянет дымом так, словно я сутки провёл на пепелище. Глаза красные, на шее сажа…

Я качнул головой, отгоняя наваждение. Решил, что нужно идти домой и проверять, в каком состоянии квартира. Купон теперь в надёжных руках. Маша сказала, что придётся ждать до утра, значит, нужно ждать. А мне тем временем нужно привести голову в порядок и понять, где я буду спать.

Первым делом я отправился домой. Пожарные уже разъехались, в подъезде пахло гарью: въевшийся, горький запах, который не выветрится ещё минимум неделю. Соседи на площадках выносили мокрые вещи, кто-то плакал в своей квартире. Моя дверь была прикрыта, поэтому, когда я толкнул её, она со скрипом открылась, и в меня ударило вонью сырости и дыма.

Войдя внутрь я увидел, что всё залито водой. Лужи стояли в прихожей, в коридоре, в комнате. Стёкла вылетели, по комнатам гулял слабый ветерок, шевеля остатки штор. Потолок на кухне обвалился целым пластом, мокрая штукатурка лежала кусками на полу, смешанная с черными хлопьями гари.

Я прошёл в спальню и поморщился. Шкаф хоть и казался цел, но вещи внутри промокли насквозь и пропахли дымом. Мои футболки, джинсы, форма, единственный костюм...

Квартира была в ужасном состоянии, и все мои вещи оказались испорчены.

Я постоял посреди комнаты, сжимая кулаки, но делать нечего, поэтому вышел в коридор, прикрыл за собой дверь (замок я сам сломал, когда ворвался за Купоном), а когда спустился вниз и вышел на улицу, позвонил сослуживцу.

Игнат взял трубку после второго гудка. Я услышал его сонное «алло» и коротко рассказал про пожар и про квартиру. Он не задавал лишних вопросов. Сказал только: «Приезжай. Я пока что на базе, но через полчаса смена заканчивается, так что подожди меня дома».

Для полного счастья ещё и дождь начался.

Пришлось ехать на такси. Сидя в машине я смотрел сквозь мокрое окно на ночной город. Фонари размывались в лужах, где-то горела реклама круглосуточного магазина. Я размышлял над всем произошедшим.

Пожар — это всегда ужасно. Я потерял квартиру, вещи, всю свою жизнь, но именно благодаря этому пожару я снова встретил свою первую любовь. В груди что-то будто начало тлеть. То, что давно было погашено, забыто за мимолётными встречами и редкими короткими романами.

Перед глазами снова встал образ Маши. То, как она поправляла капельницу, как её пальцы чуть дрожали, когда она ощупывала вену Купона. Как она сказала «отойдите», чуть строго, но в её голосе слышалась забота. А ведь она почти не изменилась, осталась той же Машкой, слегка упрямой, очень серьёзной и безумно красивой. Я поймал себя на том, что снова улыбаюсь, и снова отвернулся к окну.

Приехав к приятелю, я поднялся на третий этаж хрущёвки. Дверь открыла жена Игната, Ольга. Полненькая женщина в домашнем халате, с уложенными в пучок волосами, а на её лице читалось сочувствие.

Я неожиданно взглянул на неё по-новому.

А ведь она весьма симпатичная. Да и приятелю действительно очень подходит.

— Здравствуй, Роман, — произнесла она негромко.

— Привет, красавица, — вырвалось у меня неожиданно, и я впервые увидел, как Ольга засмущалась. Её щёки вспыхнули, но я только усмехнулся.

Она провела меня на кухню, где за столом уже сидел Игнат в домашней одежде. Он поднялся, оглядел меня и покачал головой.

— Иди в душ, — сказал он без лишних слов. — Я дам одежду и полотенце.

Вернувшись через минуту, он передал мне чистые вещи, а я, кивнув в знак благодарности, отправился в ванную.

Я наслаждался, смывая с себя гарь и грязь. Горячая вода паровала, смешиваясь с остатками копоти на моём теле. Я стоял под душем долго, закрыв глаза. Вода делала своё дело. Она смывала не только сажу и пот, но и тяжесть последних часов. Я чувствовал, как расслабляются мышцы плеч, как уходит напряжение из шеи. Несмотря на усталость, мне становилось намного легче.

Какое-то время я простоял под упругими струями, а потом, выключив воду, вытерся и надел чужую, чистую, сухую, с ароматом свежести, одежду. И впервые за весь день мне стало почти хорошо.

Пока я приводил себя в порядок, всё думал, как решать навалившиеся проблемы. Квартира в руинах, вещей нет, денег на ремонт кот наплакал. А ещё за лечение Купона платить Маше…

Оставаться на ночь у друга не хотелось, чтобы не обременять. Игнат и так сделал больше, чем я мог просить. Я закрыл глаза и глубоко выдохнул.