Я проснулась в холодном поту. Сердце колотилось так, словно норовило выскочить из груди. Я села на кровати, обхватила колени руками и уставилась в стену. Настроение было ужасным, внутри появилась пустота и горечь. Я вспомнила своё обещание, которое дала себе много лет назад: больше никогда не попадать в такие ситуации. Потому что однажды он и правда пригласил меня… вернее не он, а якобы от его лица, но это уже не важно. Главное то, что сейчас я снова совершаю ошибку.

Выход один, как только пристрою Айру и найду ей хорошего хозяина, я оборву все контакты и общаться с Ромой больше не буду. Никаких прогулок, никаких разговоров, никаких взглядов. Я не позволю себе снова стать посмешищем. Ни за что.

Глава 9

Роман

Я остался в чужой квартире с двумя собаками. Купон лежал на подстилке у двери и тяжело дышал. Айра носилась по комнате, обнюхивала каждый угол, пыталась запрыгнуть на подлокотник дивана и скулила, когда у неё ничего не получалось.

Тяжело вздохнув, я посмотрел на часы. Через час мне нужно быть на работе. Благо, животные успели сделать все свои дела по пути сюда, и выгуливать их сейчас не надо.

Я сел на краешек чужого дивана и уставился в стену. Мысли все были о Маше. Я не мог поверить, как чудесно всё складывается. Пожар, потерянная квартира, уничтоженные вещи, и вдруг, как подарок судьбы, я оказываюсь в квартире напротив неё. Мы соседи. Это нельзя было назвать иначе, кроме как чудом. Я сидел и улыбался, как дурак, сам себе. Потом я взял себя в руки, ведь работу никто не отменял. Оделся, проверил, что собаки в порядке: Купон спал, Айра устроилась у его бока, и поехал в часть.

В части меня встретили удивлёнными взглядами. Я рассказал про пожар, про квартиру, про собаку. Выслушал сочувственные слова и коротко попросил у начальства недельный отпуск. Меня не стали отговаривать, подписали заявление, пожали руку и сказали приходить, когда закончу со всеми делами. Вернувшись в чужую квартиру, покормил собак, переоделся и лёг спать. Отключился мгновенно.

Я проснулся ближе к вечеру. Часы показывали почти пять. Я вскочил, быстро умылся, переоделся и решил снова наведаться в свою квартиру. Просто ещё раз посмотреть, чтобы прикинуть, что делать дальше.

Я подошёл к знакомой двери и замер на пороге. Внутри работа кипела полным ходом. Двое солдатиков из моей части усердно упаковывали мои вещи в коробки. Те, что не успели промокнуть, но провонялись дымом. Ещё двое уже красили потолки на кухне. Окна затянули плёнкой — решение временное, но правильное. Входную дверь уже тоже кто-то починил. Я стоял и удивлённо хлопал глазами.

Из спальни вышел Игнат. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, на лбу блестела испарина.

— О, проснулся, — сказал он, вытирая руки тряпкой.

— Что вы тут делаете? — спросил я, обводя взглядом комнату.

— Не могли оставить сослуживца в беде, — ответил он просто, будто это было само собой разумеющимся. — Как там Купон?

— Уже нормально, — сказал я. — Отходит потихоньку.

Игнат удовлетворённо кивнул.

— Вот и хорошо. Ты не переживай, ребята здесь наведут порядок за несколько дней. А ты топай к собаке. И вообще — отдыхай. Мы сами всё сделаем.

Я хотел возразить, но он поднял ладонь, останавливая меня.

— Без споров, Золотов. Вали.

Я поблагодарил парней, но они только отмахивались и шутили, чтобы я не мешал работать. Выйдя в коридор, я прикрыл дверь и прислонился спиной к стене. С одной стороны, я был бесконечно признателен другу и ребятам за помощь, но с другой меня кольнуло неприятное чувство. Если они быстро сделают ремонт, мне придётся уехать от Маши. Вернуться в свою восстановленную квартиру, и тогда наше соседство закончится. Я зажмурился и прогнал эту мысль. Потом успокоил себя тем, что теперь знаю, где она живёт и работает, и теперь уж точно не упущу своего шанса на счастье.

По дороге в свою временную квартиру, зашёл в цветочный магазин. Выбрал букет: полевые ромашки вперемешку с нежными розами. Я не разбирался в цветах, но продавщица сказала, что эти точно понравятся любой девушке, и я согласился. Так, с букетом в руках я и направился домой, а когда поднялся на этаж, постучал в Машину дверь.

Она открылась не сразу. Маша стояла на пороге в джинсах и свитере, волосы собраны в небрежный пучок. Она посмотрела на букет, потом на меня. В её взгляде мелькнуло удивление, смешанное с чем-то ещё — настороженностью, что ли.

— Это что такое? — спросила она, не беря цветы.

— Это моя тебе благодарность, — сказал я вовремя найдясь с ответом. — За то, что Купона спасла.