Аиша ринулась вперед, обгоняя Дарахо. Слезы облегчения брызнули из глаз. Лима услышала ее крик, прекратила борьбу и обернулась. На ее исхудавшем лице смешались шок, неверие и радость.

— Аиша! Боже, ты жива! — закричала Лима, и ее голос сорвался на рыдание.

Арак, увидев Аишу, осторожно, почти нежно опустил Лиму на ноги, но не отпустил далеко, придерживая за плечо. Она рыкнула на него, вырвалась и бросилась обнимать подругу. Они сцепились в объятиях, трясясь, бормоча бессвязные слова, смеясь и плача одновременно.

— Ты цела, ты тут… что они с тобой сделали? — быстро осматривала ее Лима, ее взгляд задержался на повязке Дарахо и на том, как Аиша инстинктивно прижалась к нему, когда он подошел.

— Со мной все хорошо. Дарахо их вождь. Мне удалось с ним поговорить благодаря имплантанту. — торопливо зашептала Аиша. — Они не причинят тебе вреда. — Где остальные?

Лима медлила.

— Мы должны их забрать сюда.

— Что если это ловушка? Я не могу привести их к девчонкам.

Лима должна была принять решение. Пока Аиша быстро пересказывала события последних дней, пытаясь убедить, что эти фиолетовые люди не опасны… Но люди ли они? Фиолетовая кожа, желтые и оранжевые глаза, клыки, хвосты. Они выглядел устращаюше.

Лима переводила взгляд с Аишу, то на Дарахо, то на Арака, который стоял в двух шагах, не сводя с нее своего пристального взгляда. При этом улыбался, довольный как мартовский кот.

— Лима, пожалуйста, где девочки?

— Они в пещере. Некоторые ранены, больны. Я покажу дорогу, если этот, — Лима указала на Арака, — доведет нас до водопада, откуда он меня утащил.

Аиша кивнула и повернулась к Дарахо, чтобы перевести.

— Дарахо, мои… сестры в пещере, в лесу. Мы должны пойти за ними сейчас. Есть раненные.

Дарахо отдал быстрый приказ. Арак, Ри’акс и еще двое незнакомых Аиши мужчин выстроились с вождем, за спинами копья, на лицах решительность.

— Ты останешься с Торном.

Это прозвучало как приказ, Аиша не успев подумать, выпалила:

— Нет. Я иду с тобой. Они мои сестры и будут бояться. Я должна быть там, чтобы объяснить и успокоить.

— Слушайся меня, к’тари. Оставайся здесь. В джунглях слишком опасно.

— Я иду! — Дарахо угрожающе свел брови, но отступать Аиша была не готова. — Я твоя к’тари, а не рабыня.

— Ладно.

Она сыграла на его слабом месте. Слово «к’тари» заставило его глаза метнуться к Араку, который тут же отвел от них взгляд. Дарахо стиснул зубы. Он был вождь, привыкший, что его слушаются. Но эта хрупкая, бледная тварь бросала ему вызов, и это… будоражило. И бесило.

— Ты будешь рядом со мной. Шаг в сторону — и я закину тебя на плечо и принесу обратно, — прошипел он, наклонившись так, чтобы слышала только она.

— Договорились, — быстро согласилась Аиша, чувствуя странный прилив победы.

Пока они шли к пещере Арак не отставал от Лимы ни на шаг. Его рука то и дело касалась ее спины, чтобы помочь на крутом склоне. Его хвост непроизвольно тянулся в ее сторону,. Когда один из молодых охотников слишком оживленно заговорил с Лимой (пытаясь, видимо, просто понять ее жесты), Арак встал между ними и издал низкое, предупреждающее рычание, от которого у того моментально пропал интерес.

Лима заметила это. Она смотрела на Арака не со страхом, а с любопытством.

— Что с ним? — тихо спросила она Аишу, когда они шли немного позади. — Он ведет себя… странно.

Аиша улыбнулась про себя, но на всякий случай уточнила права ли она в своих подозрениях у Дарахо.

— Арак чувствует Лиму, как ты меня? — Вождь кивнул, выглядя удивленным.

— Это редкость.. Две пары за неделю, такого раньше не бывало. Вы удивительные самки. Вас послали нам сами звезды.

Аиша закатила глаза, но перевела Лиме слово в слово. Та хихикнула.

— Самки? Ну надо же, так меня еще не называли. И что ты уже опробовала… своего самца?

Аиша прижала ладони к горящим щекам, Дарахо хмыкнул, словно поняв о чем они переговариваются.

— Не совсем. Но ты не должна боятся. Они вроде как очень бережно относятся к своим парами. Называют это «к’тари» и верят, что это связь душ навсегда.

Лима подняла бровь. Она оценивающе окинула взглядом широкие плечи Арака, его сосредоточенный профиль, мощные руки, сжимающие древко копья, мягкую полуулыбку.

— Навсегда, говоришь? — ее тон был спокойным, почти деловым. — Ну, учитывая, что домой мы, похоже, не вернемся… Выбор, честно говоря, невелик. А он… внешне ничего. Выше меня, что для меня редкость. И сильный. Тащил меня на руках всю дорогу и даже не запыхался.