Я стараюсь не думать об Эзре, но это невозможно, когда он так глубоко зарылся в моем мозгу, что я не думаю, что когда-нибудь смогу стереть его присутствие там.

Приняв, что это будет разочаровывающий оргазм, я даже не утруждаюсь смазкой. Я плюю в ладонь и быстро дрочу, пока не брызгаю густыми струями спермы на напряженные мышцы живота.

Я лежу в постели, пока мое дыхание не возвращается в норму. Затем я вытираюсь в ванной и направляюсь на кухню, чтобы взять бутылку воды из холодильника.

По крайней мере, так я себе говорю. Я не могу удержаться от того, чтобы не заглянуть в коридор. Дверь в другую спальню в моей квартире приоткрыта, но свет выключен и царит мертвая тишина.

Я замираю на несколько мгновений, начиная чувствовать себя как какой-то извращенец в собственном доме. Но я имею право убедиться, что он больше ничего не испортил. Если бы он не хотел, чтобы я заглянул, он бы запер дверь.

Я открываю дверь пошире. Мой взгляд скользит от пустой кровати к полу, где Эзра свернулся калачиком, укрывшись пледом с моего дивана, который предназначен для декора, а не для согревания.

Я вздыхаю, проводя рукой по волосам. Я даю парню отличную кровать, а он предпочитает спать на полу. Он проснется с затекшими мышцами.

Осторожно я беру его на руки. Его рука хватается за мою хенли, прямо над грудиной, но он, похоже, не просыпается. Я замираю, чтобы оценить то трепетание в груди, глядя на него.

Он выглядит таким... нежным. Таким драгоценным.

Как я не заметил этого, когда увидел его в первый раз? Может быть, потому что моя черствость автоматически классифицирует всех как преступников с самого начала. Трудно не делать этого, когда я видел столько ужасов в этом мире.

Добавьте к этому тот факт, что я близок к пределу терпения из-за способности Габриэля уклоняться от наших пуль.

Я откидываю одеяло и укрываю Эзру. Задерживаясь дольше, чем приемлемо, я не могу удержать большой палец от того, чтобы проследить линию, которую я вырезал на его нетронутом лице. Шрам, который останется навсегда.

Это сделал я.

И я сожалею об этом. Я знаю, что не стоит наносить удар первым без веской причины. Спецназ научил меня сначала оценивать ситуацию. Моя неспособность контролировать себя — еще одно доказательство того, что я вышел из практики, что теперь я больше бизнесмен, чем солдат.

Одно можно сказать наверняка. Я не подхожу для такого человека, как Эзра.

Убедившись, что он все еще спит, я тихонько выхожу из комнаты и готовлюсь к бессонной ночи в своей постели.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Кейн



На следующее утро, еще не успев выпить вторую чашку кофе, я получаю сообщение от Рева.

Рев:

Верфь кишела тараканами. Нам понадобится больше команд, чтобы успешно проникнуть внутрь, но нам все же удалось вернуться с грузом.

Прежде чем кто-нибудь успеет внести в мой календарь ранние встречи, я направляюсь к лифту с кофе в руке и спускаюсь на самый низ.

Нижние уровни Sinro Enterprises, обманчиво большие, простираются на два квартала под землей, вплоть до края нашей парковки.

Выйдя из лифта на втором нижнем уровне, я прижимаю палец к панели безопасности на стене. Когда дверь распахивается, я вижу Рева, все еще одетого в облегающую черную тактическую экипировку.

Прихлебатель Габриэля привязан скотчем к шаткому табурету посреди комнаты над стоком в бетонном полу. Я знаю, что Генри расстроит то, что ему придется убирать меньше грязи, но мне не нужно, чтобы он занимался отбеливанием полов. Мне нужно, чтобы он занимался вывозом тел.

Наш пленник дрожит от страха, и я чувствую отвратительный запах мочи на его одежде. Он бредит, обещая нам деньги, если мы оставим его в живых.

Полностью игнорируя его, я обращаю свое внимание на Рева.

— Ты что, хочешь повышение или что?

Рев улыбается, пока я потягиваю кофе — без сахара и сливок, чтобы ничто не перебивало горький вкус. Я пью его не для удовольствия. Я пью его, чтобы проснуться, еще одна галочка в жесткой рутине, которую я разработал после ухода из армии.

Кроме того, в приготовлении чашки кофе ранним утром есть что-то очень человеческое. И в большинстве случаев мне нужно напоминание о том, что я, на самом деле, человек.

— Нет. Я же сказал. Я нацелен на тот угловой кабинет. На столе тебя ждет сюрприз. Не за что. После этого я беру отгул. Устал выполнять всю твою работу. У меня сегодня горячее свидание.

Покачав головой, я подхожу к столу и вижу, что там меня ждет папка из манилы.

— Что это? — спрашиваю я.

Когда Рев приступает к работе, раздаются крики. Я потягиваю кофе и открываю папку.

— Заткнись, блядь. Бизнесмены разговаривают, — говорит Рев своему пленнику, и я слышу шлепок. — Это мой план адаптации Эзры.

Я открываю папку, ничуть не удивленный тем, что Рев хочет продолжить обучение Эзры, чтобы тот присоединился к его команде.