— Привет, Фредди, — его низкий голос знаком в моем ухе, словно двухнедельной разлуки не было. — Мне очень хочется тебя увидеть.

Я сглатываю.

— Мне тоже. Ты только что вернулся с Таити?

— Да, несколько часов назад. Я могу прийти в магазинчик на твоей улице, если хочешь.

Кто-то кричит рядом со мной, одурманенный послерабочим блаженством и алкоголем, и я прижимаю руку к уху.

— Извини, извини, я выхожу.

— Ты в баре? О. Тот, что рядом с работой.

— Да, но я скоро уйду.

— Не нужно, я уже в пути. Встретимся там.

— Тристан, я...

Но он уже повесил трубку. Я тупо смотрю на телефон в руке, задаваясь вопросом, действительно ли это произошло. Но нельзя отрицать эффект, который его голос и слова оказали на меня. Адреналин наводняет мою систему и приводит меня в движение.

Он едет сюда.

Когда я возвращаюсь к нашему столику, я тянусь к пальто, висящему на спинке моего стула.

— Простите, ребята, правда, но мне нужно идти.

— Что? Почему?

— Мы только что пришли.

— Знаю, — говорю я. — И мне жаль. Но у нас будут другие вечера. Еще раз поздравляю, Квентин.

Он дарит мне редкую улыбку.

— Спасибо.

— И не волнуйся, я сохраню это при себе, пока это не станет официальным.

— Спасибо. За обе вещи, которые я знаю.

Тоби подмигивает.

— И не... о боже. Что он здесь делает?

Их взгляды оба прикованы к точке где-то за моим плечом, и я замираю, слишком боюсь обернуться.

— Фредерика, — говорит он, заглушая звуки вокруг нас. Мои руки дрожат, когда я завязываю пояс пальто. Когда я поворачиваюсь... вот он, стоит в костюме и темно-синем пальто, его густые волосы припорошены снежинками. Загар на коже.

Видеть его – все равно что вернуться домой, словно что-то щелкает внутри меня, и я знаю, что приняла правильное решение остаться в Нью-Йорке.

— Ты пришел сюда, — говорю я.

— Да, — подтверждает он, глядя мимо меня на Тоби и Квентина. Он дает единственный, профессиональный кивок в их сторону. — Джентльмены.

Взгляд через плечо говорит мне, что они находятся в состоянии полного и абсолютного шока.

— Мне нужно поговорить с мисс Билсон минутку, — говорит он. — Желаю приятного вечера.

Он отступает в сторону и указывает на выход, его рост и ширина легко обеспечивают нам пространство в переполненном баре. Интересно, кто еще здесь из офиса. Кто может наблюдать.

Но я не могу заставить себя беспокоиться.

— До завтра, — говорю я Тоби и Квентину.

— Эм, конечно. Повеселись?

Тристан придерживает входную дверь для меня, и мы оказываемся на оживленном тротуаре, холодный нью-йоркский воздух – облегчение для моих лихорадочных чувств.

— Спасибо, что встретилась со мной, — говорит он.

— Конечно. Хотя не ожидала, что ты будешь здесь так быстро.

— Я уже был в этом районе.

— О, — я делаю глубокий вдох. — На самом деле, это идеально, потому что я должна сказать...

Тристан качает головой.

— Позволь мне начать первым, пожалуйста. Мне нужно сказать тебе то, что я должен был сказать тебе недели назад, до того, как ты приняла предложение в Италии. То, что я хотел сказать.

Мой рот закрывается на полуслове.

— Правда?

— Я был идиотом.

— Был?

Улыбка расплывается на его лице, и в сочетании с загаром и взглядом в его глазах он захватывает дух. Весь – тот красивый незнакомец, которого я встретила в «Позолоченной комнате» все те месяцы назад.

— Фредди... Фредерика. Я хочу тебя, и я поклялся никогда не переставать говорить тебе, насколько сильно. Черт, Фредди, ты знаешь, как глубоко ты забралась внутрь меня?

Я качаю головой, и его слова вырываются наружу, страсть пылает в его взгляде.

— Я был в кристально голубых водах Таити с моим сыном. Я был полон решимости никоим образом не сдерживать тебя. Я пытался радоваться за тебя, искренне. Но ты была там, в той поездке, вместе со мной, рядом со мной все время – твое призрачное присутствие. Тот, к кому я не мог протянуть руку и коснуться, с кем не мог поделиться мыслями, не мог спать по ночам, думая о тебе.

У меня пересыхает в горле – пустыня эмоций.

— Тристан, я тоже хочу быть с тобой. Ты же знаешь.

— Знаю, Фредди, и я никогда больше не буду воспринимать это как должное. Поэтому я скажу тебе то, что раньше, как мне казалось, не мог. Возможно, это эгоистично с моей стороны, и если так, ты вправе ненавидеть меня за это. Но я не хочу, чтобы ты уезжала в Милан. Я хочу, чтобы ты осталась здесь, в Нью-Йорке, со мной.

Я открываю рот, чтобы ответить, но он качает головой.

— Но, — перебивает он. — Я знаю, что у тебя есть свои мечты и цели, и я никогда не буду стоять у тебя на пути. Поэтому, если хочешь, поезжай в Милан. Я буду там так часто, как смогу. Так часто, как ты позволишь.