— Никогда не перестану хотеть тебя, — бормочет он, голос полный муки.

— Я тоже, — он вжимает меня в кровать, и с подушкой под бедрами... Давление именно там, где мне нужно. — Не останавливайся.

— Никогда.

Удовольствие распространяется по мне ударными волнами, мои руки превращаются в когти вокруг его напряженных рук. Я не могу двигаться, не могу думать сквозь удовольствие оргазма и движения Тристана внутри меня. Весь мой мир сужается до ощущений. Как звук его хриплого стона в ухе. Ощущение его горячей кожи на моей.

Он прислоняет щеку к моей и выдавливает слова.

— Слишком хорошо.

— Отпусти, — призываю я его, вжимаясь в матрас от силы его полных толчков. — Кончай для меня.

Его бедра теряют ритм, когда он взрывается, рыча мне в ухо от мощи. Мы оба остаемся задыхающимися и расслабленными на огромной кровати, его тело покрывает мое, как одеяло.

Проходит долгий момент, прежде чем кто-то из нас заговорит. Тристан начинает первым, тихо смеясь в мои волосы.

— Казалось, ты выжимаешь из меня жизнь, Фредди.

— Не всю, надеюсь?

— Нет, но было чертовски близко, — он целует меня еще раз в затылок, прежде чем подняться. Я издаю звук протеста, и он снова смеется, большая рука игриво шлепает меня по бедру. — Я был бы очень зол на себя, если бы раздавил тебя.

В его голосе такая легкость, так отличающаяся от тяжести, которая была вчера вечером. Я переворачиваюсь на спину и тянусь за подушкой, чтобы подпереть голову.

— Можешь будить меня так в любое время.

Его глаза теплеют, скользя по моему телу.

— Я бы и сам не против, — говорит он. — Ты невероятно прекрасна, знаешь. Я говорил тебе это? Насколько привлекательной я тебя нахожу?

Несмотря на то, что мы только что сделали, румянец заползает на мои щеки от откровенности в его тоне. От этого мужчины, стоящего на коленях голым на кровати рядом со мной, который ничуть не боится говорить то, что думает.

Никаких игр, никаких колебаний.

— Ты ясно дал это понять, — говорю я. — Но мне никогда не надоест это слышать.

Он ухмыляется.

— Хорошо. Мне тоже не надоест это говорить.

— Кажется, я не говорила тебе, насколько привлекательным я тебя нахожу.

— Да?

— Так я называла тебя в голове, когда мы встретились. Красавчик, — я беру его руку, играю с его пальцами. — Кстати, намного лучше, чем Чопорная.

— О, но я люблю открывать в тебе новые грани, Фредерика. Это мое любимое времяпрепровождение.

— Не жалуюсь на это, — мой большой палец гладит его. — Я не знала, что можно хотеть кого-то так сильно.

Его взгляд теплеет.

— Не знала?

— Нет. Раньше такого не было. Так легко или так естественно.

— Без усилий, — повторяет он. — Я понимаю.

— Понимаешь?

Единственный, четкий кивок его головы, пока наши взгляды сцепляются и держатся. Это больше, чем любой из нас ожидал, когда мы снова поддались влечению. Но, судя по тому, как он смотрит на меня, он ничуть не несчастен из-за этого. Я тоже нет.

Щекочущее ощущение вырывает меня из мыслей.

— О! Мне нужно пойти привести себя в порядок.

Он бросает взгляд между моих ног.

— М-м-м. Мы были безответственны.

— Да. По крайней мере, я на таблетках.

— И я уверен, что ты принимаешь их регулярно.

— Да. Я проходила осмотр чуть больше года назад, и с тех пор ни с кем не спала.

— У меня три месяца назад, — говорит Тристан. — Но даже до этого я годами не был ни с кем без презерватива.

Его взгляд снова скользит между моих ног, задерживаясь на видимых там следах.

— Рад, что мы можем обойтись без них с этого момента, — говорит он с удовлетворением в голосе.

— Я тоже, — говорю я, смыкая ноги. — Если ты закончил осматривать свою работу, думаю, нам стоит принять душ.

Он снимает меня с кровати со смехом.

— Ты хочешь смыть мою красивую подпись?

— Уверена, ты скоро снова подпишешь меня, — парирую я, переплетая наши пальцы. — А теперь покажи мне напор воды, который у тебя здесь должен быть. Я ожидаю совершенства.

— Это все время было предлогом, не так ли? Готов поспорить, твой обогреватель даже не сломан.

Я открываю дверь в его ванную комнату. Бинго. Огромный мраморный душ более чем достаточно велик для нас двоих.

— Это все было аферой, — дразню я.

Тристан тянется мимо меня, чтобы включить насадку душ-водопад.

— Тогда считай меня очень довольной жертвой.



Я натягиваю одну из рубашек Тристана, и она спадает до середины бедра.

— Может, я начну готовить кофе? — кричу я.

Он в ванной, чистит зубы.

— Конечно!

Я закатываю рукава один за другим, пока бреду по огромной квартире. Длинные коридоры, комнаты по сторонам. Одна выглядит как домашний офис, другая – прачечная. Гостевая спальня.