— Потренируешься со мной? — спросил Шон у Уэстли.

— Да, пожалуй, мне это необходимо, — ответил тот.

Шон усмехнулся:

— Заметно. Ты какой-то мрачный.

Они устроили тренировку прямо в гостиной: отжимались, качали пресс и приседали. Мне было интересно, заговорят ли они о том, что случилось между мной и Уэстли прошлой ночью. В конце концов, Шон сам состоял в отношениях с мужчиной.

Я поднялся наверх и решил немного вздремнуть на диване в семейной комнате — там было гораздо тише, чем внизу. Когда я открыл глаза, Уэстли сидел на том же диване, прямо у моих ног. Его кожа слегка блестела от пота после тренировки, и я буквально кожей ощущал исходящий от него жар. Его рука лежала на моей ноге; он смотрел одну из серий документалки о природе, которую включил еще в наш первый вечер здесь.

Я потер глаза и, увидев его, улыбнулся.

— Ты... хочешь поговорить о том, что случилось ночью? — спросил Уэстли.

Я сел и кивнул:

— Очень хочу.

— Прости меня, — сказал он. — С моей стороны было неправильно вот так уйти, но меня просто захлестнули эмоции. Для меня это совершенно новый опыт, и я все еще пытаюсь с этим разобраться.

Я положил руку ему на плечо, мягко поглаживая большим пальцем.

— Я понимаю. То, что произошло ночью... это было мощно, даже для меня. Я очень давно не делал ничего подобного ни с кем. Но я не могу отрицать, что чувствую связь между нами... Ты чувствуешь то же самое?

Уэстли глубоко вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза.

— Чувствую. Сам не знаю, почему. Не понимаю, как можно испытывать такие сильные чувства к человеку, которого едва знаешь, но я чувствую это... чувствую сердцем.

— Я тоже это чувствую.

Я подался вперед и крепко обнял его. Уэстли уткнулся лицом мне в грудь, а я запустил руку ему под футболку, нежно поглаживая по спине. Точно так же я обнимал своего сына, когда тому нужно было утешение.

Я планировал дать Уэстли немного свободного пространства в этот день, но больше не мог себя сдерживать. Когда я обнимал его здесь, на диване в семейной комнате, я окончательно осознал, насколько сильно меня к нему тянет. Насколько сильна наша связь. Он медленно открывался мне, я видел, как он переступает через себя, пытаясь быть уязвимым.

Я хотел его до безумия. Он был чертовски сексуален. И в этот момент во мне впервые за долгое время родилась мысль о том, что я хочу по-настоящему заняться любовью с кем-то.

Мне безумно нравилось, как уютно он выглядел в своей черной майке. То, как он сочетал ее с теми самыми серыми спортивными штанами, совершенно не думая о пятнах спермы на них. То, как на нем была надета черная бейсболка козырьком назад. В этот холодный зимний день он казался таким домашним, что его хотелось просто обнимать.

Я не мог оторвать взгляд от его серых штанов, которые так выгодно облегали его плотные, мускулистые ноги. Я отчетливо видел очертания его бугорка, и мне до дрожи захотелось снова коснуться его. Захотелось провести ладонями по его заднице и бедрам.

Вместо этого я просто поцеловал его в щеку.

— Я хочу, чтобы мы продолжили изучать друг друга, — тихо произнес я. — Хочу показать тебе, как хорошо я могу сделать тебе. До конца этой недели ты мой, Уэстли. По крайней мере, пока мы не уедем отсюда.

Я повалил его на диван, мимоходом глянув на лестницу, чтобы убедиться, что никто не поднимается. Я потянул его майку вверх и припал губами к одному из его сосков, посасывая его. Он прижал мою голову к своей груди, запуская пальцы в мои волосы.

Я желал его каждой клеточкой своего тела. Этого загадочного хирурга.

 

Глава 12

 

Клейтон

 

В тот вечер мы с Уэстли отправились в лес за дровами.

Бледное сияние солнца на самом краю ночного неба стремительно угасало. Воздух был пронизывающим, ледяным, а ветер шумно шуршал листвой. Температура опустилась где-то до минус четырех по Цельсию, и ничто не предвещало скорого потепления.

Я заметил, что Уэстли бьет крупная дрожь, пока он помогает мне высматривать деревья под сруб. Я покосился на его куртку — для здешних мест она явно не годилась.

— Надень это, — сказал я, снимая свой шарф и наматывая ему на шею.

— Да ладно, я в порядке, — попытался отмахнуться Уэстли.

— Ты тут окоченеешь без нормальной куртки. Когда вернемся, я одолжу тебе что-нибудь из вещей Брейдена.

— Какое дерево мы вообще ищем? — спросил Уэстли. — Разве нельзя срубить первое попавшееся и пойти назад?

— Для растопки лучше всего подходит дуб, вот как этот, — я указал на небольшое деревце. — Он горит дольше всего.

— Ладно, я пройду чуть дальше вверх, посмотрю, есть ли там еще.

— Хорошо, только осторожнее. Если что — зови.