Когда я закончил разговор, Деймон, заметив мою дрожь, накрыл мою ладонь своей, продолжая вести машину. Его крепкая хватка напоминала мне о том, что он будет рядом, что бы ни случилось.

— Теперь всё наладится, — сказал он. — Ты в безопасности.

Я оглянулся на заднее сиденье.

— Ари тоже теперь в безопасности. Я не ждал, что отец легко примет новость о моём переезде, но не думал, что он дойдёт до такого. Мне так жаль.

— Эй, даже не вздумай извиняться, — отрезал Деймон. — Это не твоя вина, и я не хочу, чтобы ты винил себя за его скотское поведение. Я знаю, как трудно не принимать это близко к сердцу, когда речь о ком-то настолько близком, но не взваливай этот груз на свои плечи.

Я кивнул.

— Я вечно пытаюсь найти оправдание его поступкам. Мне сложно отделить себя от него. Откуда мне знать, что я не стану таким же?

— Оттуда, что я провёл с тобой достаточно времени и знаю: ты прекрасный человек. Ты хороший парень, который не заслужил ничего из этого дерьма. Ты меня слышишь? Это, блять, не твоя вина.

Я посмотрел на него и всё ещё не мог взять в толк: почему такой человек, как он, хочет быть с кем-то вроде меня — с кем-то, у кого за спиной такой тяжёлый багаж.

 

Глава 23

 

Деймон

 

Когда в тот день я увидел отца Джесси, я не увидел безумца. Да, он был агрессивен и чуть не покалечил меня разбитой бутылкой, но за всем этим я разглядел человека, которому было очень плохо и больно. Я увидел мужчину, который просто не умел справляться с собственными эмоциями. В каком-то смысле он напомнил мне мою мать: она тоже вечно терзалась от внутренней агонии, но была не способна выплеснуть её здоровым путём. Я увидел человека, который топил свои чувства в алкоголе, пытаясь заглушить эту боль.

Когда приехала полиция, чтобы составить протокол, офицеры спросили, хотим ли мы с Джесси выдвинуть обвинения. Мне не пришлось думать дважды, чтобы ответить «нет». Я не хотел делать только хуже. Если смотреть на картину в целом, главным было забрать Джесси оттуда и увезти в безопасное место — ко мне домой.

После того как полицейские уехали, к нам заглянул Тори, чтобы осмотреть мою руку. Когда я позвонил ему и рассказал о случившемся, у него был выходной, и уже через полчаса он стоял у моей двери. Я был искренне благодарен судьбе за то, что у меня есть друг-врач.

Тори поставил свой медицинский чемоданчик на столик в гостиной.

— Ну-ка, давай посмотрю на твою руку, — сказал он.

— Слушай, может, ты сначала осмотришь порез на шее Джесси? — предложил я. — Я могу подождать, у меня не так сильно болит.

— Ты уверен? — переспросил Тори. — Крови из тебя вылилось побольше, чем из Джесси.

— Уверен, — сказал я.

Тори поднялся и подошёл к Джесси, чтобы осмотреть его шею.

— Хорошая новость — кровь остановилась, — обратился Тори к Джесси. — Плохая — похоже, внутри остался крошечный осколок, и мне придётся вытащить его пинцетом. Может быть немного больно.

Джесси испуганно посмотрел на меня округлившимися глазами. Я протянул руку и крепко сжал его ладонь, пока Тори хирургическим пинцетом извлекал крошечный кусочек стекла из его шеи. Джесси изо всех сил сжимал мою руку, а я старался сохранять абсолютное спокойствие, чтобы поддержать его.

— Готово, — выдохнул Тори, демонстрируя Джесси зажатый в перчатке осколок.

— Всё оказалось не так уж плохо, — улыбнулся Джесси.

Тори протёр его шею медицинским спиртом и наложил повязку. После этого он наконец переключился на мою руку.

— Выглядит жутковато, но ничего серьёзного, — вынес вердикт Тори, промывая рану спиртом. — Возможно, останется шрам, но зашивать не придётся.

— Какое облегчение, — подал голос Джесси, сидевший рядом со мной.

Мы были в безопасности, в моем доме. Я радовался, что смог вырвать Джесси из того кошмара, радовался, что теперь могу защитить его.

Тори обмотал мою руку бинтом, и я невольно поморщился от резкой, жгучей боли.

— Выглядит довольно круто, — ухмыльнулся я. — Теперь, когда увидят мою перебинтованную руку, никто не рискнёт со мной связываться.

— Не то чтобы кто-то и так рискнул бы прыгнуть на парня ростом под два метра, — отозвался Джесси. — Если только это не мой отец.

Я улыбнулся, радуясь тому, что он снова находит в себе силы шутить.

В этот момент у Тори запищал пейджер. Он бросил быстрый взгляд на экран.

— Мне пора в больницу, вызывают, — торопливо проговорил он, собирая вещи. — Берегите себя, парни.

— Обязательно, — ответил я.

— Спасибо тебе ещё раз, — добавил Джесси.

Тори подхватил чемоданчик, и я проводил его до двери.

Когда я вернулся в гостиную, Джесси сидел на диване, крепко прижимая к себе Ари и нежно целуя её в лобик.

— Ты очень храбрый, — сказал я, подходя к нему.

— Храбрый? Да я ничего не сделал. Это ты у нас герой.

Я присел рядом и положил руку ему на колено.

— Ты храбрый уже потому, что смог вот так противостоять своему отцу.

Джесси лишь пожал плечами, будто в этом не было ничего особенного — словно ему уже не раз приходилось проходить через подобное.