Я предвкушал эти выходные. Прошло уже много времени с тех пор, как у меня был хоть какой-то отпуск. С тех пор как я поступил в колледж, с деньгами стало совсем туго, да и с Ари на руках планировать что-то вроде поездки с палатками на выходные было гораздо сложнее. Я был искренне рад, что наткнулся на «Клуб отцов-одиночек», а особенно — что познакомился с Деймоном, который стал для меня потрясающим другом.

Всех парней в палаточном лагере объединяло одно — мы все были одинокими отцами с детьми, и этого оказалось достаточно, чтобы пробудить в каждом лучшее. Я наблюдал, как мужчины помогали друг другу ставить палатки, делились припасами и вызывались приглядеть за чужими детьми. Мы знали друг друга совсем недолго, но между нами уже рождалось доверие. На это было приятно смотреть — взаимовыручки здесь было куда больше, чем в каком-нибудь групповом проекте в колледже.

Я держал Ари на руках, пытаясь показать ей зарянку на ветке дерева — птичка отчетливо выделялась своим ярким оперением. В этот момент ко мне подошел Деймон, держа Бруклин в своих крепких, мускулистых руках.

— Привет. Хотел узнать, не хочешь ли прокатиться на каноэ? — спросил Деймон. — Я предлагал Лиаму, но совсем забыл, что он не умеет плавать.

— Лиам не умеет плавать? — переспросил я.

— Ну, точнее умеет, но очень паршиво, — со смехом ответил Деймон.

— А как же дети? — засомневался я. — У нас ведь нет для них спасательных жилетов, так?

— Я спокойно могу оставить Бруклин с Лиамом и другими папами. Ты не против оставить Ари ненадолго? Это не займет много времени, солнце уже скоро сядет, а оставаться на воде в темноте — не лучшая идея.

Я окинул взглядом лагерь, где смеялись и улыбались другие отцы. Задумался на секунду, размышляя, хорошая ли это мысль — оставить Ари здесь, в лесу, а самому уплыть. Видимо, сработал отцовский инстинкт, но я понимал: даже если из чащи выйдет дикий зверь, все эти парни костьми лягут, но защитят мою дочь.

— Я доверяю им Ари, — наконец произнес я. — Давай, поплыли на каноэ.

Деймон улыбнулся, и мы понесли детей к палатке Лиама. Тот как раз сидел внутри и кормил Хейдена.

— Мы хотим немного пройтись на каноэ, — сказал Деймон. — Не присмотришь за мелкими?

— Без проблем, — отозвался Лиам. — Идите развлекитесь. С ними все будет в порядке.

Мы уложили наших детей на спальный мешок Лиама, и я заметил, как он осторожно убрал прядку волос с глаз Ари.

— Только не пропадайте долго... — бросил вслед Лиам. — ...и звоните, если вас прижмут медведи.

Деймон усмехнулся:

— Прорвемся. Главное, за детьми приглядывай.

Деймон повел меня обратно к своему внедорожнику, и я помог ему снять каноэ с крыши. Подняв лодку над головами, мы понесли ее по узкой каменистой тропе на звук бегущей реки.

Из-за каноэ над головой и внушительной фигуры Деймона в два метра ростом, идущего впереди, я не видел ничего, кроме земли под ногами. Мне приходилось слепо доверять ему, надеясь, что он не шагнет прямо с какого-нибудь обрыва. Когда мы наконец выбрались к берегу, мне пришлось сесть на камни, чтобы перевести дух.

Деймон посмотрел на меня и улыбнулся, хотя у самого дыхание едва сбилось после такой прогулки.

— И как ты умудряешься быть таким сильным? — спросил я.

— Ну, вообще-то я хожу на кроссфит четыре раза в неделю, да и необходимость постоянно таскать на руках шестимесячного ребенка тоже помогает, — ответил он. — А еще мама каждое лето отправляла меня в лагеря, так что мне не впервой переносить лодки на себе. Лагерь был ее способом избавляться от меня на все лето, чтобы спокойно ходить по барам и не тратиться на няню.

— Это звучит чуточку лучше, чем сидеть дома с моим отцом и гадать, вернется ли он злым или сорвется на мне из-за какой-нибудь глупости.

Как только эти слова сорвались с моего языка, сердце бешено заколотилось. Я тут же пожалел, что разоткровенничался с Деймоном о своем отце. Я редко рассказывал кому-то о своем детстве — слишком уж тяжелым оно было. Не хотелось, чтобы он меня осуждал. Но раз уж он сам приоткрыл завесу над своим прошлым, поделиться в ответ показалось чем-то естественным. Возможно, дело было еще и в том, что мы находились посреди природы, и эта тишина и уединение располагали к тому, чтобы выложить все как на духу. Я посмотрел в его зеленые глаза, в которых отражалась рябь на воде.

Он протянул мне руку, помогая подняться с камней.

— Идем, — позвал он. — Спустим лодку на воду, как раз успеем к закату.

Я ухватился за его мозолистую ладонь.

Он мог позвать кататься на каноэ кого угодно, и я невольно задумался, почему он выбрал именно меня. Тот же вопрос крутился у меня в голове, когда он предложил подвезти нас с Ари. Даже увидев, в каких условиях я живу, Деймон, казалось, ничуть не смутился тем, что я не могу отплатить ему взаимностью. И все же я чувствовал укол вины за то, что принимаю эту доброту. Я просто не привык к такому. Когда кто-то проявлял ко мне искреннее тепло, я чувствовал себя не в своей тарелке. Наверное, сказывалось то, что отец никогда не был мне близок, а свою мать я и вовсе не знал.