— Семейные развлечения? Меня привезли в чужой дом как товар.

— Ну не утрируй. Ты жива, здорова, даже наверняка в хороших условиях. Тебя, между прочим, не на стройку увезли.

У меня в груди так резко поднялась злость, что даже руки стали ледяными.

— Ты редкая мразь.

— Не начинай. Ты сама всегда говорила, что мне нужен шанс подняться. Вот я и поднялся. Один контакт, одна услуга, нормальные деньги. Все довольны.

— Кроме меня.

— Слушай, а тебя когда это останавливало? Ты всегда всё вывозила. Справишься и тут.

Я уже открыла рот, чтобы сказать ему всё, что думаю, когда за моим столиком вдруг кто-то сел.

Я подняла глаза. Алексис. Спокойный. Очень спокойный. Настолько, что мне сразу стало не по себе.

Он протянул руку.

— Дайте телефон.

Я молча отдала.

Алексис посмотрел в экран и заговорил по-русски так чисто, что я впервые услышала, насколько у него тяжёлый голос.

— Илья, я правильно понимаю, что вы решили заработать на женщине, с которой жили?

На том конце повисла тишина. Потом бывший нервно усмехнулся.

— А вы, видимо, тот самый грек.

— Видимо, тот самый.

— Слушайте. Мне дали заказ на трансфер, я передал данные. Всё.

— Не всё. Вы в дерьме и из него не вылезете.

— Угрожать будете?

— Нет. Говорю прямо, как это будет.

Алексис отключил звонок и положил телефон на стол.

Я смотрела на него, не моргая.

— Как вы меня нашли?

— Вы серьёзно думали, что в моём доме можно уйти через прачечную и исчезнуть?

— Вообще-то да.

— Самоуверенно.

— И всё равно я узнала больше, чем если бы сидела на вилле.

Он посмотрел на меня прямо.

— Вы узнали ровно столько, чтобы сильнее вляпаться.

— Зато теперь я точно знаю, что Илья в этом по уши.

— Это я и без него понял.

— Тогда зачем слушали?

— Хотел услышать, насколько он глуп. Оказалось, даже больше, чем я думал.

Официант принёс кофе, который я не заказывала. Потом ещё один — для Алексиса. И ушёл так быстро, будто чувствовал, что за нашим столом сейчас не про напитки.

— Вы за мной следили, — сказала я.

— Да.

— Меня это бесит.

— Хорошо.

— Что значит хорошо?

— Значит, вы в нормальном состоянии. Когда человек в такой ситуации перестаёт злиться, вот тогда плохо.

Я уставилась на него. На эту его спокойную, почти бесчеловечную собранность. На жёсткие руки, лежащие на столе. На лицо человека, который, кажется, давно разучился жить вполсилы.

— Вы вообще умеете разговаривать по-человечески?

— Иногда.

— А со мной почему не иногда?

Он чуть наклонился ко мне.

— Потому что, Вера, вы упрямая. А упрямые люди понимают только тогда, когда им говорят прямо.

— Вы сейчас опять начнёте меня воспитывать?

— Нет. Сейчас я отвезу вас обратно, а вечером вы расскажете мне всё про Илью. До копейки, до друзей, до долгов. Потому что он не сам до этого дорос.

— А если я не захочу?

— Захотите.

— Самоуверенно.

— Да.

Я сжала пальцы на стакане с водой и вдруг поняла, что совсем не боюсь его. Злюсь. Бешусь. Хочу спорить. Но не боюсь.

И это было, пожалуй, самой странной частью всего происходящего.

Глава 6

Глава 6

Обратно мы ехали молча.

Я сидела на переднем сиденье и смотрела в окно, хотя там уже давно нечего было разглядывать. Дорога, сухие склоны, редкие дома, солнце, от которого всё казалось слишком ярким. А у меня внутри, наоборот, всё было спутано.

Злость на Илью никуда не делась. Но теперь к ней добавилось другое. Неприятное. Тёплое. Совсем неуместное.

Я чувствовала рядом Алексиса.

Его молчание. Его руки на руле. Его сосредоточенность. И то, как спокойно он взял у меня телефон, будто имел на это право. Бесило ужасно. И именно поэтому цепляло ещё сильнее.

Когда машина остановилась у виллы, я уже собралась выскочить первой, но он заглушил двигатель и сказал:

— Подождите.

— Зачем?

— Затем, что вы сейчас войдёте в дом с лицом женщины, которая хочет либо кого-то убить, либо расплакаться.

— А вам какая разница?

— Мне не нравится, когда мои гости в таком состоянии.

Я повернулась к нему.

— Гости? Смешно. Вы даже не знаете, как со мной разговаривать нормально, потому что мы едва знакомы.

— Знаю. Достаточно.

— Очень взрослый ответ.

Он посмотрел на меня так, что у меня дыхание на секунду сбилось. Без злости. Без усмешки. Просто внимательно. Слишком внимательно для человека, который ещё вчера называл меня проблемой.

— Я не люблю, когда женщин задевают, — сказал он тихо. — А ваш бывший именно это и делает.