— Эээ, — даже если бы я смог придумать отмазку на ходу, мои бегающие глаза выдали бы меня с потрохами. — Сорян. Я был реально завален работой, помогал Дейну с тренировками и обустраивал нашу новую квартиру. Вчера мы угрохали буквально шесть часов только на то, чтобы собрать сервант.

— Что, блять, такое сервант?

Я пытаюсь объяснить Рейзелу, чье лицо выражает абсолютное равнодушие, пока он протягивает мне баночку «Спрайта» из своего кулера.

— Спасибо, — я вскрываю жестянку и делаю пару жадных глотков ледяной газировки. — Так что Леви забыл во Фресно?

Рейзел снова ныряет в свою сумку, достает горсть миниатюрных бутылочек с текилой и незаметно всовывает мне одну из них.

— Тренирует пацанов в младшем колледже.

— Кто-то доверил Леви тренировать команду колледжа? Охренеть, ну удачи им.

Повернувшись обратно к полю, я зажимаю банку «Спрайта» между бедер, пока скручиваю крышку с бутылочки текилы.

— Серьезно, Коннор? — укоризненно бормочет мама, испепеляя меня взглядом исподлобья, но я уже вливаю алкоголь в свою газировку.

На извинения за мое вопиющее бескультурье нет времени, ведь внизу Дейн вскакивает со скамейки запасных и легкой трусцой бежит к боковой линии.

— Боже, боже, боже, он выходит! — я бросаю пустую бутылочку из-под текилы под ноги и выхватываю «Спрайт» чтобы вскочить и поболеть как следует. Как только Дейн выходит на замену, я прикладываю свободную ладонь ко рту рупором и ору во всю глотку: — Давай, Дейн! Порви их!

Лори и мои родители тоже поднимаются, хлопая и радостно свистя, пока мои парни сзади улюлюкают и орут. Мы шумим так громко, что даже тренер Макдоно бросает на нас красноречивый взгляд через плечо. Держу пари, он думал, что избавился от нас, но не тут-то было. Я знаю, что буду здесь на каждом домашнем матче, и буду таскаться колонной за командой на каждую выездную игру, пока мне не придется идти на работу.

Теперь я настолько поглощен игрой, что опускаюсь на свое место, только когда Рейзел подает голос.

— Эй, на передних рядах, сядьте! — иначе я бы, наверное, так и простоял весь оставшийся матч.

Не отрывая завороженного взгляда от поля, я выпиваю половину своего «Спрайта» с сюрпризом, позволяя легкому, предвосхищающему опьянение покалыванию тягуче разлиться по телу. Я доедаю остатки сэндвича, чтобы не захмелеть окончательно, а когда руки освобождаются, расчехляю камеру.

Теперь, когда я работаю фотографом в футбольном клубе «Сакраменто Рипаблик», мне нужна любая практика. Так что, в каком-то смысле, Дейн все еще помогает мне оттачивать мастерство. И не только потому, что он до ужаса красив, но и потому, что он – невероятно талантливый спортсмен, который зажигает игру в ту же секунду, как его нога ступает на газон. Разница между его игрой сейчас и в прошлом году колоссальна, просто небо и земля. Он все такой же вспыльчивый сорвиголова, но теперь у него есть выносливость, скорость и мышечная мощь, необходимые для того, чтобы стать по-настоящему великим... и даже помочь «Шершням» завоевать еще один титул.

В перерыве я откладываю вещи и спускаюсь к Дейну, к самому ограждению. Он запрыгивает на бетонный бортик, одной рукой небрежно обхватывая перила, а другой разворачивает мою бейсболку козырьком назад. Теперь, когда ткань не мешает, я беру в ладони его разгоряченное, покрытое испариной лицо и целую.

— Смотрю, ты привел с собой целую свиту, — усмехается он, кивая в сторону трибун.

— Свита твоя. Я их не приглашал.

— Как я смотрюсь на поле? Только честно, — произносит он, и на его лице расплывается широкая, искренняя улыбка.

— Ты просто потрясающий, малыш. Клянусь.

— Получились хорошие кадры?

— Только те, где есть ты.

— Хочешь поплавать, когда вернемся домой, до того, как тебе нужно будет на работу? — мягко спрашивает он, перегибаясь через перила, чтобы снова меня поцеловать.

— Обязательно.

В нашем новом жилом комплексе есть бассейн, и как только я сдам выпускной экзамен в «Школе плавания тренера Дейна», мы планируем отпраздновать его отпуском на побережье. И хотя я до ужаса нервничаю перед переходом в «Школу серфинга тренера Дейна», все равно готов на что угодно, если подразумевается возможность тесно прижиматься к его полуголому телу.

По-хозяйски запустив руку мне под затылок, Дейн притягивает к себе для новой порции публичных нежностей. Но прежде чем наши легкие, дразнящие поцелуи успевают перерасти в нечто более глубокое, с участием языков, Дейн отстраняется и бросает быстрый, оценивающий взгляд через плечо.

— Ладно, нам лучше перестать целоваться, пока команда не заподозрила, что я гей.

— И кто бы мог о таком подумать?

Оставив на моих губах последний быстрый поцелуй, Дейн спрыгивает на траву и легкой трусцой бежит спиной вперед к раздевалке, куда уже стягивается остальная команда.