Он поднимается со стула, обходит стол и рывком втягивает меня в такие крепкие медвежьи объятия, с которыми не сравнится даже сила Дейна. В такие объятия, которые одновременно лечат душу и заставляют хрустеть позвонки. Он говорит, что любит меня, и на сей раз его слова отзываются во мне совершенно иначе, чем когда-либо прежде.

— Я тоже тебя люблю, пап. Правда.

— Уж лучше бы правда, — ворчит он, звонко хлопая меня по спине, и отстраняется. — А теперь доедайте свой завтрак. Список продуктов, который составила твоя мать, напоминает целый марафон по магазинам, а не легкий забег.

Как только я опускаюсь обратно на стул, Дейн тут же обвивает мои плечи своей тяжелой рукой. Притянув меня к своему боку, он целует в макушку. И тихо мурча от всепоглощающего счастья, я запрокидываю голову и сам тянусь губами навстречу следующему поцелую Дейна.

Отец не шутил насчет списка продуктов. Я могу лишь предположить, что мама решила заранее закупиться ко Дню благодарения и планирует позвать всю нашу необъятную родню. Но разработка стратегического плана по штурму трех супермаркетов в самый загруженный день недели отлично отвлекает меня от других источников стресса. Например, от мыслей о том, как сильно я разочаровал родителей, и от внезапного осознания того факта, что до встречи с мамой мой отец имел интимный опыт с представителями сильного пола.

Устроившись на передних сиденьях моей машины, я обещаю Дейну, что как только мы покончим с мамиными покупками, я устрою ему экскурсию по Сакраменто.

— Или, знаешь ли... — тянет он, и я отчетливо слышу ухмылку в его голосе. — Мы могли бы просто заняться сексом.

Рефлекторная волна возбуждения заставляет меня рассмеяться.

— Но я правда хочу показать тебе город. Мне еще никогда не доводилось показывать кому-то Сакраменто впервые, и я знаю, что тебе здесь понравится. Этот город куда круче, чем о нем принято думать.

Дейна протягивает руку поверх подстаканников и кладет ее мне на бедро, собственнически сжимая его через плотную ткань джинсов.

— Мне уже нравится Сакраменто, потому что именно он сделал тебя таким.

Улыбаясь лобовому стеклу, я говорю ему, что нам нужно будет заскочить в куда-нибудь и купить ему куртку, чтобы он не мерз, пока мы будем бродить по городу. Тот факт, что у Дейна нет с собой даже сменной одежды, острым уколом напоминает мне о том, насколько спонтанным был наш побег и скольким он жертвует ради меня.

— Блин, — выдыхаю я. — У тебя точно не будет проблем из-за того, что мы здесь торчим? Ну, с учебой, тренировками и всем таким? Где твоя машина? Ее не эвакуируют?

— Не бери в голову, — отвечает он и успокаивающе поглаживает меня по бедру короткими, ласковыми движениями. — Тренер всегда дает нам неделю отдыха от тренировок после окончания сезона, а я еще ни разу не прогулял занятия в этом семестре. Меня не отчислят за пару пропущенных дней. И, эм, насчет машины тоже не парься. Ей крышка.

— В смысле?

— В прямом. Ей крышка. Ее больше нет. Арти ее забрал.

— Что? — я резко перевожу взгляд на Дейна, пытаясь понять, насколько он расстроен, но он наглухо запирает свои эмоции за маской стоического равнодушия. — Мне так жаль. Я…

— Эй, все путем, щеночек. Это просто кусок металла. Ты куда важнее.

Как бы мило не звучало его слова, но та «БМВ» не была просто куском металла. Она была тем, чем он дорожил так же сильно, как своим утопленным компьютером, письмами из обувной коробки и спальней, которая оставалась единственным местом в его доме, где он мог чувствовать себя в безопасности.

— Я позабочусь о том, чтобы ты попадал туда, куда тебе нужно, — твердо произношу я. — Буду возить тебя на учебу, на тренировки и вообще куда скажешь. И забирать тоже буду, так что можешь не волноваться.

Он тихо смеется и снова сжимает мое бедро.

— Спасибо, Конни. Всегда мечтал о сексуальном личном водителе.

— Я правда счастлив, что ты здесь, Дейн.

— Я тоже. Но должен тебя предупредить, что я еще ни разу в жизни не ходил за продуктами.

— Погоди, серьезно? — теперь моя улыбка вызвана чистым, неприкрытым шоком. Впрочем, возможно, все не так уж и шокирующе, учитывая, что его семью трудно назвать типичной. Арти явно не из тех отцов, которые загружают своих детей в минивэн ради семейной поездки в супермаркет. — Получается, я лишу тебя продуктовой девственности.

— Ха! Я бывал в продуктовых, вообще-то. Ну, типа, за «Ред Буллом» или жвачкой заскакивал, но никогда не закупался по-настоящему. Со списком, тележкой и прочим дерьмом.

— Боже мой, Дейн, — от предвкушения я выпрямляюсь в кресле и слегка прибавляю скорость. — Нам будет так весело.

— Ну ты и придурок, — хохочет он, перебрасывая руку с моего бедра на затылок, и взъерошивает мои свежеуложенные волосы.