Спустя четырнадцать лет я узнаю, что мое призвание — стоять на кухне и стряпать для бывшего мужа.
Прислоняюсь спиной к холодной стене и закрываю глаза. В памяти всплывают картины нашей совместной жизни: как я вставала в пять утра, чтобы приготовить ему завтрак перед работой. Как гладила его рубашки, выбирая самые незаметные складочки. Как отказывалась от встреч с подругами, потому что он не любил, когда меня нет дома.
— Помнишь, как ты говорил, что я — идеальная жена? — открываю глаза и смотрю на него. — Что другие мужчины завидуют тебе?
Мурат неловко переминается с ноги на ногу. Видимо, эти воспоминания не вписываются в его новую картину мира.
— Ты действительно была хорошей женой, — признает он. — Но...
— Но недостаточно хорошей, чтобы удержать тебя, — заканчиваю за него.
Опускаю взгляд на свои руки. Они все еще красивые, несмотря на домашнюю работу. Я всегда следила за собой, носила то, что нравилось ему, красилась так, как он любил. Даже сегодня перед его приходом надела то самое белье, которое он когда-то назвал сексуальным.
— Я думала, что делаю правильно. Что создаю уют, берегу семью. А оказывается, просто превратилась в удобную мебель. Полезную, но скучную.
— Саяна, не говори так...
— А как мне говорить? — голос мой становится громче. — Ты сам только что объяснил мне мое место в жизни. Кухня, дети, и изредка — угощение для бывшего мужа. Это же мечта любой женщины, правда?
— Многие восточные женщины так живут... — начинает Мурат.
— Я — не многие! — резко обрываю. — И не собираюсь кухарничать для бывшего мужа!
Слова вырываются из меня с такой силой, что я сама удивляюсь. Мурат замирает, явно не ожидая такой реакции. Привык, что я соглашаюсь со всем, что он говорит.
— Саяна...
Отворачиваюсь и иду к шкафу. Руки дрожат, но я решительно достаю халат и накидываю его поверх покрывала. Нужно хоть как-то прикрыться, обрести остатки достоинства.
— Знаешь, что я поняла? — завязываю пояс халата. — Ты не просто уходишь. Ты хочешь, чтобы я осталась твоей собственностью. Удобной, покорной, всегда доступной. Ты хочешь контролировать меня!
— Это не так...
— Тогда как? — поворачиваюсь к нему лицом. — Объясни мне, как это называется, когда мужчина бросает жену, но при этом рассчитывает на ее услуги? Это контроль под маской благодушия!
Мурат молчит, и в этом молчании — весь ответ. Он действительно считает, что имеет право на мою жизнь даже после развода.
— А что, если я встречу другого мужчину? — спрашиваю я, наблюдая за его реакцией. — Что, если влюблюсь?
Его лицо темнеет.
— Мы же договорились, что ты не выйдешь замуж повторно...
— Мы? — поднимаю бровь. — Или ты решил за меня? Как всегда?
Глава 4. Саяна
— Прекрати, Саяна, — сухо произносит Мурат. — Ни одна достойная женщина с двумя детьми не станет искать себе нового мужика!
Я застываю, переваривая услышанное. Значит, если я захочу личного счастья после развода, то автоматически стану недостойной? Удобная логика.
— Достойная женщина, — медленно повторяю я, — должна всю жизнь оплакивать потерю такого замечательного мужа, как ты?
— Не передергивай. Просто есть определенные нормы приличия...
— Ты будешь говорить мне о нормах приличиях? — не могу сдержать истерический смех. — Ты, который предал жену и детей! Увлекся шлюхой! Лучше уж ей расскажи о том, что не прилично залазить в штаны к женатому мужчине!
— Перестань называть ее шлюхой! Она умная и красивая...
— Замолчи! — я демонстративно затыкаю уши ладонями.
Но его слова все равно проникают в сознание, как яд. Он защищает ее. Эту женщину, которая разрушила мою семью, он называет умной и красивой. А меня — скучной домохозяйкой, которая должна довольствоваться ролью кухарки.
— Не хочу слышать, какая она замечательная! — кричу я, убирая руки от ушей. — Не хочу знать, чем она лучше меня!
— Саяна, успокойся...
— Нет! — подхожу к нему вплотную, задрав голову. — Ты хочешь, чтобы я была благодарной? Чтобы сказала спасибо за то, что ты так деликатно сообщил мне о разводе? После секса?
Мурат пытается взять меня за руки, но я отдергиваю их.
— Ты думаешь, я буду сидеть дома и ждать твоих визитов? Готовить тебе плов, пока ты рассказываешь детям, какая у папы замечательная новая жизнь?
— Я не собираюсь рассказывать детям...
— Конечно! — смеюсь я горько. — Это тоже моя работа, да? Объяснить им, почему папа больше не живет с нами. Утешать их, когда они будут плакать. А ты будешь приходить по выходным, играть в хорошего отца, а потом уезжать к своей умной и красивой!
— Я так и думал, что без взаимных обвинений, нам не обойтись, — с сожалением протянул Мурат и стряхнул невидимую пылинку с рукава своей рубашки. — Ну что же... Тогда слушай! — он посмотрел на меня со смесью усталости и пренебрежения. — Саяна, я устал играть в правильную семью. У тебя в жизни все разложено по полочкам. Ты вся такая правильная до кончиков пальцев... Что аж тошно!