— Ага, сидеть в доме психопата — охренеть как безопасно, — истерически смеюсь.
— Диан, — Абрамов останавливает меня за руку. — Я не хочу тебе вредить.
— Но ты уже это сделал, — даже не оборачиваюсь. — И не раз.
— Хорошо, — он нервно выдыхает. — Окей, я тебе помогу! Слышишь!? — Лев сжимает мою руку сильнее, но, не получив от меня никакой реакции, силой разворачивает к себе. — Я помогу тебе вернуть твоего брата.
Смотрю ему в глаза. Его метающиеся глаза по моему лицу, поднятые вверх от напряжения плечи, учащенное дыхание заставляет мои ноги поджаться. Я до сих пор его боюсь, но мне уже нечего терять.
— Абрамовы занимаются благотворительностью? — вскидываю бровь и тут же увожу взгляд, чтобы не видеть, как он окончательно выходит из себя.
— Ты больная сука, — рычит он на ухо.
— Как мило, ты тоже больной, какое совпадение.
Большая ладонь падает мне на талию, сжимая её с такой силой, что я моментально морщусь от боли. Но не успеваю я что-либо произнести, как горячие губы перекрывают мои в голодном и жадном поцелуе…
Глава 22. Будешь моей.
Он прижимает меня к себе, не давая пошевелиться. Лев берёт полный контроль над моим телом, я не могу сопротивляться и ответить на поцелуй тоже.
Бешеный ритм поцелуя, за которым я не могу угнаться, давит на меня всё сильнее и сильнее.
Руки упираются в его грудь, я наклоняюсь, чтобы вдохнуть, но он врезается в меня с новой силой. Голова кружится от недостатка кислорода. Стучу кулаком по его плечу.
— Ну, — он отрывается от поцелуя, тяжело дыша. — Пришла в себя?
— Ты бешеный! — вытираю губы тыльной стороной руки, вновь пытаясь вырваться.
— Да ну? Значит, не до конца, — последнее, что я слышу, перед тем как он вновь врезается в мои губы.
На этот раз поцелуй менее требовательный, более нежный, но всё ещё не подходит для моего привычного понимания. Лев с лёгкостью усаживает меня на стол, разместившись между моих ног. Я не поддаюсь, стараюсь не отвечать.
Его запах, крепкие руки — моё тело уже готово обмякнуть под его натиском, но здравый смысл не даёт этого сделать. Он срывает тугой узел на моём халате, открывая себе полный вид на моё тело.
Его глаза осматривают меня полностью, пока я пытаюсь прийти в себя.
— Это, — Лев поднимает мою ступню вверх. — Когда ты успела порезаться?
На ноге и вправду небольшая ранка, которая только сейчас начала болеть.
— Я… я наступила на стекло, — теряюсь от его хмурого взгляда. За считанные секунды он перешёл от желания к раздражению.
— С тобой точно скучно не будет, — цокнув, Лев поднимает меня на руки и с осторожностью усаживает в гостиной на диван. — Сиди.
Парень отходит к шкафу и достаёт из него пластмассовый коробок с медикаментами.
Глаза не могут сфокусироваться на чём-то одном, а тревога не покидает меня с самого пробуждения. Устало облокачиваюсь на диван, вновь завязав свой распахнутый халат.
— Если будет больно, говори, — Абрамов садится на колени перед моей ногой, а затем с осторожностью прикасается ваткой к ране.
— Ай! — шиплю я, вздрагивая.
— Потерпи чуть-чуть, — сосредоточенно отвечает он. — У меня просто на кухне одна дамочка взбесилась, кто же знал, что ты наступишь на её проделки.
— Если бы ты меньше говорил, я бы уже подумала, что ты обо мне заботишься, — закатываю глаза.
— Тогда что это, если не забота?
— Хватит, или ты добиваешься, чтобы дамочка опять вышла из себя?
— Я думаю, это была разовая акция, — фыркает в ответ.
Шутить — это самое последнее, что я сейчас хочу делать. Да и разбираться с Абрамовым насчёт внезапного поцелуя нет сил.
Дурацкое чувство. В моменте я поймала себя на мысли, что мне это нравится. Да и сейчас он сидит и, как говорит, с заботой обрабатывает мне ногу.
Что было бы, если бы мы встретились при других обстоятельствах? Не в таких, где он вредитель, а я жертва.
— Готово, — Лев отрезает лишний кусок бинта. — Есть ещё пожелания, пока я добр?
— Отвези меня домой, — моментально прошу. — Я устала, хочу отдохнуть.
— Мне казалось, ты хотела бежать и спасать брата, — он поднимает бровь.
— Я сама разберусь, как быть дальше, — слегка наклонившись и с уверенным лицом произношу я.
— Слишком много уверенности. Я единственный, кто сейчас может тебе помочь.
— А взамен что? Я должна продать тебе свою душу? — вскидываю бровь. — Абрамов, я хочу жить спокойно, но пока ты рядом, у меня это не получается.
— Моё дело – предложить, — его голос становится ниже. — Но не жди, что я буду молчать о твоих планах. Так что, увы, но выбора у тебя нет.
— Очередная сделка. Супер, — произношу с каменным лицом. — В прошлый раз ты меня кинул на полпути. Придётся постараться, чтобы я согласилась на этот раз.
— Согласилась? Ты, кажется, забыла, в какой сейчас ситуации, — его лицо меняется. Именно с таким лицом я встретила его три месяца назад.