Но я нифига не справлюсь. Меня в первый же рабочий день выбили из равновесия.
– Как знаешь. Но имей ввиду, я рядом, – снова подмигивает он и уходит.
Вряд ли Миша оценил бы то, что я общаюсь с Рудневыми. Лучше мне этого не делать, несмотря на то, что Роман Александрович эту инициативу поощряет.
В доме Зарецких, как и ожидалось, царит напряженная атмосфера. Недовольство Романа Александровича написано на его лице. Мария же старается придерживаться нейтралитета, несмотря на свою эмоциональность. Кажется, она просто растеряна, узнав последние новости. Я вообще думала, что скандал начнется уже в машине Романа, но он держался до последнего и молча смотрел на дорогу. Но вот дома, он все же дает волю эмоциям:
– Почему ты не послушала меня? – начинает Зарецкий старший, как только мы собираемся в гостинной после возвращения из офиса. – Принять предложение Руднева было единственно правильным. Ты же ничего в этом не смыслишь. Нужно было сначала посоветоваться со мной, прежде чем раскидываться такими решениями. Это сверхглупость.
– Рома, – касается его плеча Мария.
– Что, Рома? Ты понимаешь, что теперь все развалится? Где брать деньги на оплату счетов? Твоя невестка, видимо, не подумала об этом прежде, чем принимать такое серьезное решение, – летит в мою сторону укор за укором.
– Миша не хотел, чтобы этот объект принадлежал кому-то еще. Он хотел быть единственным владельцем, – единственное, что могу я ответить Зарецкому.
– Я понимаю. Это прекрасно, быть единственным владельцем. Но это невозможно, – швыряет он пиджак на кресло и уходит. Видимо, чтобы этот скандал не перешел в ругачку.
Он зол на меня. Есть за что. Наверное, мне не стоило руководствоваться эмоциями при принятии решений. Но что сделано, то сделано. На поклон к Рудневу я не пойду. Может, попробовать взять кредит? Так я смогу оплатить хотя бы начальные затраты. Вот только кто мне даст такие суммы. Да и брать на себя огромные долги на то, что мне не принадлежит, опрометчиво. Нужно поговорить с Юдиным. Возможно, он знает хоть что-то и сможет дать дельный совет.
– Виктория, не расстраивайся. Роман просто переживает за дела сына. Сейчас оно в руках юной девушки, ничего в этом несмысящей. Его можно понять, – встает Мария на сторону своего супруга.
И я не виню ее в этом. Они правы. Но что я могу сделать? Это была воля Миши. Хотя, я не понимаю, почему он оставил бразды правления именно мне. Почему он это сделал, зачем?
Следующим утром я еду в центр планирования семьи. Хоть все признаки и говорят о моей беременности, я все же хочу убедиться, что это действительно так, а не какой-то сбой в организме. Ведь я в последнее время в таком стрессе, что любые сбои, это не удивительно.
Я вздрагиваю, когда холодный датчик касается моей кожи. Врач размазывает по животу неприятный липкий гель. Я замираю, в ожидании.
– Беременность есть, – слышу я заветные слова.
Выдыхаю. Я беременна. У меня под сердцем ребенок Михаила. Как бы я хотела, чтобы в этот момент он был рядом, держал меня за руку и улыбался, глядя на монитор. Не хочу верить в то, что он просто не справился с управлением. Тем более что, как сказал Юдин, есть все основания предполагать, что это было покушение. Тело не нашли, а значит, еще есть шанс, что Миша жив. И я буду до последнего надеяться на это. Мы будем. Я и наш с Мишей малыш.
Время идет, а отношения с родителями Миши лучше не становятся, поэтому я принимаю решение вернуться в квартиру, где мы жили. Буду присматривать за ней, пока не вернется хозяин. Роман Александрович, конечно же недоволен моим решением, но сделать с этим ничего не может. К родителям возвращаться пока не хочу. Мне нужно быть сильной, а там меня начнут жалеть, утешать, и я расклеюсь.
Выбрав наряд посвободнее, сегодня я еду в вуз. Это мой первый учебный день. Но таких будет совсем немного. Вскоре мне придется взять академический. После учебы, даже не переодевшись, еду в офис Зарецкого. Хорошо, что сегодня хотя бы нету никаких совещаний. Я уже устала от них. Раздражает, когда взрослые мужчины не могут самостоятельно принять элементарные решения. Сидят и ждут, пока я согласую их. Ну, наверное, это и есть то, чем является должность руководителя. Вот я и руковожу, насколько мне это под силу. Несмотря на наши разные взгляды с Романом Александровичем, он все же подсказывает мне в некоторых вопросах.
Но сегодня мне нужны не его советы. Я ищу помощи в другом месте.
– Добрый день, Сергей Платонович, – постучав, заглядываю в кабинет Юдина.
– А, Виктория Сергеевна, проходите. Если честно, думал, что вы заглянете ко мне гораздо раньше.
– Я планировала, но сейчас уже просто нельзя откладывать, – прохожу и занимаю место напротив юриста Зарецкого.
– Что ж, полагаю, вы по поводу оплаты счетов?
– Да, – растерянно отвечаю. Откуда он знает?
– Михаил Романович уже оплатил часть из них. Но последующие платежи должны будете проводить вы.