Бешеный генерал, или Белое платье, белая фата, ла-ла-ла Страница 3 из 27
Скорость
7
Главы
0%
Страница 3 из 27

Кот посмотрел на меня как на дуру, фыркнул и, неожиданно резво развернувшись, побежал в сторону старой библиотеки, которая давно была заперта, потому что отчим считал, что «эти вредные мысли» делают меня чересчур строптивой и думающей.

Он остановился у двери и пронзительно мяукнул.

— Что? Там только старые книги, — вздохнула я тяжко. — Мне там делать нечего.

Но кот был упрямым.

Он начал царапать дверь и отчаянно мяукать, переглядываясь со мной.

Я пошла в библиотеку и подошла к старому дубовому шкафу, у которого остановился Лучик.

Он упёрся лапой в левую боковую стенку.

— Что ты хочешь от меня? Что сделать?

— Мя-а-а-а-у-а-а-ар! — пронзительно взвыл кот и стукнул лапкой по стенке шкафа.

Ладно, сделала как он показывал, тоже стукнула шкаф, да ещё и от души, представив отчима.

И, о чудо!

Шкаф вдруг отъехал в сторону, словно стоял на невидимых рельсах, обнажив небольшую и тёмную нишу, где на бархатной подушке лежала старая книга, обтянутая кожей.

У меня перехватило дыхание.

Я почувствовала от книги энергию и тепло, словно она была живой.

Книга была исписана затейливым, древним шрифтом, который, к счастью, я знала, не зря я много читала и училась.

Осторожно открыла её на оглавлении и прочитала, что она предлагала.

К моей радости, я наткнулась на раздел «Заклинания экстренного побега».

«Для тех, кто смотрит в глаза ненавистному существу, дабы избежать ошибки всей жизни, сотвори сие…»

Сердце моё забилось быстрее. Это был мой шанс!

И я начала читать заклинание, шевеля губами.

— Абра-хабра-дабра-забра-кадра-лабра, мать твою, унеси меня к чёрту на рога, а можно и не туда, ибо богатство не счастье, а счастье не в золоте, а в родной душе… — прошептала я, переворачивая страницу.

Заклинание было очень странным.

После главного текста шёл набор каких-то звуков, которые шли вразрез с общепринятой магической структурой.

Там были слова «здесь рыбы нет», «сапог в носке», «огонь внутри, но изнутри» и что-то про «пятнадцать булок с маком и мак на булках».

Это звучало бредово, но в конце было важное предупреждение: «Произносить надлежит в момент событийной кульминации. Только тогда сила заклинания обретёт мощь и сработает против судьбы».

«Против судьбы, — подумала я. — Мне как раз это и надо».

Я не понимала, что это за набор слов, и что значит «пространственное заклинание». Мне сейчас было плевать.

Я вырвала страницу с заклинанием и, сунула её в карман платья и улыбнулась, как сумасшедшая.

— Спасибо, Лучик, что показал мне тайник.

Кот фыркнул и убежал по своим кошачьим делам, решив, что миссию свою исполнил.

Всё, Галактион, не будет тебе невесты в моём лице!

* * *

Наступил ненавистный день свадьбы.

Солнце светило чересчур ярко, будто решило посмеяться над моим горем.

В гостиной нашего дома, где и будет проходить бракосочетание, уже вовсю кипело веселье.

Толстые тётки в пёстрых платьях обмахивались веерами, а надутые важные дядьки сетовали на погоду и обсуждали урожай.

Отчим обходил гостей с довольным видом.

Евсей тоже сновал среди гостей, как маленький, толстый и мерзкий эльф, похлопывая всех по плечам и намекая, что «сестра его скоро уедет и он устроит в той комнате мужской зал».

Я готова была настучать ему по макушке, но на мне было белое платье, а нанятая горничная, которая была похожа на злую воблу, стояла рядом, строго-настрого запретила мне «позорить фамилию отчима».

Но у меня вообще-то другая фамилия. А у Придуровича фамилия Заразкина.

Заразкин Карачун Дамирович. Звучит, правда?

Самого графа Галактиона я видела только краем глаза.

Он сидел в кресле, тяжело дыша, и щипал одну из девиц, которая подавала ему холодный напиток. Его парик съехал на бок.

Я стояла в уголке, сжимала в руках белоснежный букет пионов, который пах слишком сладко.

Рядом, как верный рыцарь, нагло сидел мой Лучик, и смотрел на графа с презрением.

Я закрыла глаза. Заклинание было рядом в подкладке платья, сложенное в трубочку.

Заклинание я выучила наизусть. И повторяла его про себя, представляя, что эти слова и есть моя свобода. Молилась своим «ушедшим» родителям, чтобы заклинание сработало.

— Дорогая Ладушка! — воскликнул отчим, подошёл ко мне и схватил за руку, больно сдавив пальцы. — Идём скорее! Пора тебя отдавать этому, э-э… доблестному воину!

Он потянул меня к центру гостиной, где стоял священнослужитель. Это был маленький, юркий старичок с огромной книгой в руках.

Он уже репетировал церемонию, монотонно читая слова о божественной воле и вечной любви.

Галактион с трудом встал со стула, и его кряхтение заглушило даже голос священника.

Пахло от него нафталином и кислой капустой. Фу!

Этот старый пентюх попытался взять меня за ладонь, но я отдёрнула её, как от змеи.