А кому эта справедливость сейчас нужна?

Доаконий бог, эти этические вопросы, сводящие с ума.

Убирался я из особняка Наварро с тяжёлым сердцем, целой кипой писем, бумаг, долговых расписок. И когда я вывалился в подвале Шантильи, то первое, что услышал, был звонкий смех Дарины. Бросив ридикюль с бумагами в сторону сейфовой комнаты, я прошёл ко второму отсеку и замер.

Арина стояла напротив Элайджи и держала его за локти.

— Давай теперь шаг на меня. — Дрожащим голосом попросила она.

И Элайджа шагнул.

Я дёрнулся, стараясь затормозить момент, но потом понял, что здесь абсолютно лишний. Начиная от шеи, на Элайдже был металлический корсет, больше похожий на скелет. Корсет плотно крепился в районе талии, а дальше шли толстые металлические пруты, которые вместе со сгибами на бёдрах, в коленях, щиколотках переливались огнями драгоценных камней.

— Я боюсь. — Холодный голос, ровный.

— Ещё шаг, Элайджа. — Тихо попросила Арина.

Элайджа, едва приподнимая ногу в металлическом сапоге, сделал снова шаг.

— Отойди, я на тебя упаду.

Иоланта в трёх очках сидела на расстоянии вытянутой руки и что-то быстро-быстро записывала. Катарина была возле тигля и периодически щёлкала пальцами для того, чтобы огонь продолжал гореть.

— Ещё шаг, Элайджа! — Требовательно попросила Арина.

И в этот момент сын, вздохнув, глубоко взмахнул руками, на этот раз делая шаг в сторону.

— Я стою. — Тихо шепнул он и ладонь метнулась к лицу. Нос, как в детстве, вытер. — Я стою.

— Ты стоишь.

Элайджа сделал шаг назад. Арина посмотрела пристально на Иоланту.

— И двигатель магической энергии работает точно. Элайджа, мальчик мой. Давай ещё. Только на этот раз давайте станцуем.

И снова тихий хохот Дарины.

— Элайджа будет играть со мной в догонялки!

Глава 76

Айра.

Альваро не вылезал из подвала, а когда вылезал, исчезал куда-то. И один раз это было даже среди ночи. Я, перепуганная, стояла в халате, кутаясь в него, как в последний оплот справедливости в этом мире.

— Куда? — Скрипнул мой голос.

Альваро дёрнул подбородком.

Я чувствовала себя на пороховой бочке. У меня не было возможности как-то повлиять на ход событий. То, что мне оставалось — это действительно заниматься детьми. Периодически огрызаться на Элайджу или же наоборот — влезать в его чертежи.

Он был умным. Я правильно в первый раз заметила — почти копия Альваро. Когда он находился у меня перед глазами всё это время, я ещё отчётливее видела, каким был супруг Айры в молодости. Потому что Элайджа точно так же морщил нос и по-дурацки разминал костяшки пальцев. Если накинуть на Элайджу лет десять, вполне себе отдавала отчёт, что я бы тоже вышла замуж. Альваро был привлекательным и сын пошёл в него. Но мне от этого было ни тепло, ни холодно, потому что я была на пороховой бочке.

В ту ночь, когда он уехал, я не спала. Стояла возле окна и пыталась понять, какие демоны и куда его понесли. Вернулся он на рассвете. Пахло от него калёным железом и кровью. От этого было не по себе.

Спустившись в подвал, он долго возился и, когда застал меня на пороге, усмехнулся зло:

— Ну, ты же не думала, что я только торговать умею?

— Кто это был?

— Твой управляющий.

Я опустила глаза и постаралась спрятать в них негодование, злость, разочарование и такую простую мысль: «Арина, ты взрослая баба, как ты могла не увидеть в мальчишке предательскую натуру?» Так я и в муже своём не увидела.

Никто не застрахован от такого.

Когда я прошла вглубь подвала, в тот отсек, где ставились все эксперименты по поводу перемещения и магии крови, я заметила грязную тряпку, лежащую под столом — кроваво-ржавые пятна. Альваро проследила за моим взглядом.

— Не надо думать, что я последнее чудовище. Когда мою жену убивали, не думали о том, что она мать двоих маленьких детей.

А я не собиралась его осуждать. Я не сказала ни слова, я даже взглядом не дала понять, что ай-яй-яй, как неправильно и надо было предать его правосудию. Плевать.

— Это я блевала кровью.

Тихо вздохнув, я наклонилась и вытащила тряпку из-под стола. Осмотрела Альваро с ног до головы.

— Камзол. — шепнула я.

Альваро дёрнулся. Я глазами стрельнула на рукав.

— Вот демоны! — Выругался сквозь зубы Альваро, стягивая с себя одежду.

Остался в тонкой рубашке, которая была пропитана потом. Посмотрел на меня слишком говорящим взглядом. Я хмыкнула, отворачиваясь и комкая в сведённых пальцах и тряпку, и его камзол.

— Ещё?

Короткое слово, и я снова смотрела на Альваро.

— Всё чисто. — Произнесла.

Он поджал губы.

— Сапоги. Только сапоги.