— Именно. Красиво придумано, правда? Никаких подозрений, никаких лишних вопросов. Просто трагическая гибель гостей в диком лесу.

Я смотрел на него и думал, как же я хочу его убить. Прямо сейчас, голыми руками. Но арбалеты…

— А теперь, — продолжил Себастьян, — придётся по-простому. Шумно, грязно, но что поделать. Время поджимает.

Он кивнул стражникам.

Я рванул в сторону, увлекая Лилию за собой, и одновременно выстрелил из арбалета.

Болт попал одному из стражников в плечо — не смертельно, но достаточно, чтобы он выронил оружие и заорал.

Второй выстрелить не успел — Лилия метнула свой стилет. Я даже не видел, как она его достала. Просто блеснуло в воздухе, и стражник схватился за горло.

Осталось двое.

Я схватил Лилию за руку и потащил назад, в коридор, откуда мы пришли. Сзади засвистели болты — один пролетел мимо, второй врезался в стену в сантиметре от моего уха.

— Беги! — заорал я.

Мы побежали. Я не знал куда, просто вперёд, подальше от этого места. Коридор петлял, поворачивал, раздваивался — я выбирал наугад, лишь бы ноги несли.

Сзади топали. Догоняли.

— Ниэллон! — крикнула Лилия. — Туда!

Я увидел, куда она показывала. Обычная деревянная дверь, ничем не примечательная. Я влетел в неё плечом и мы рухнули внутрь.

— Запри! — крикнул я, вскакивая.

Лилия уже возилась с тяжёлым железным засовом. Он поддался со скрежетом, и в тот же миг в дверь с той стороны забарабанили.

— Долго не продержится, — выдохнула она.

Я огляделся. Какая-то кладовая. Мешки, ящики, бочки. И окно — узкое, но в него можно протиснуться.

— Туда, — сказал я, показывая на окно.

Лилия посмотрела, оценила и почти сразу же полезла. Подхватила юбки, втиснулась в проём, повозилась и исчезла.

Я рванул следом.

Окно выходило во внутренний двор. Высоко, метра три, не меньше. Лилия уже стояла внизу, махала мне руками.

— Прыгай! Я поймаю!

Забавная и милая. Какой там поймаю… я вешу вдвое больше.

Я прыгнул. Приземлился неудачно, подломил ногу, покатился по земле. Лилия тут же оказалась рядом, помогла встать.

— Живой?

— Живой. Бежим.

Мы побежали через двор. Где-то за спиной уже орали, хлопали двери, зажигались факелы. Весь замок поднимался по тревоге.

— К конюшням! — крикнула Лилия.

— Не успеем!

— А куда ещё?

Я лихорадочно соображал. Конюшни далеко, через весь двор. Нас заметят сразу, перестреляют как куропаток.

— Туда! — я показал на башню у стены.

— Там тупик!

— Там смотровая площадка. И ворота рядом. Если успеем подняться, увидим, сколько их и откуда идут.

Она не стала спорить. Мы рванули к башне.

Внутри было темно и пахло сыростью. Лестница винтовая, узкая, я полез первым, Лилия за мной. На середине я услышал снизу голоса.

— Быстрее, — шепнул я.

Мы взлетели наверх. Площадка оказалась маленькой, каменной, с зубцами по краям. Отсюда открывался вид на весь замок. На конюшни, на главные ворота, на двор, где уже метались люди с факелами.

— Сколько их? — спросила Лилия, выглядывая.

— Много. — Я считал. — Человек двадцать, может, больше.

— А если через стену?

— Высоко. И там ров.

— Тогда что будем делать?

— Ждём, пока поднимутся. Тут узко, больше двух сразу не пройдёт. Будем бить по одному.

Она кивнула.

Мы заняли позиции. Снизу уже слышались шаги — тяжёлые, быстрые. Лязг доспехов. Первый показался через минуту. Я ударил сразу, как только он высунул голову. Нож вошёл под шлем, в шею. Он рухнул, и следующий за ним споткнулся о тело.

Арбалет щёлкнул, болт попал второму в лицо. Двое внизу заорали, полезли через трупы.

Я встретил третьего ножом, четвёртого кулаком. Рядом свистели болты — Лилия стреляла почти в упор, не целясь, просто наугад.

— Есть ещё? — крикнула она.

Я выглянул в проём. Лестница была пуста. Только тела внизу.

— Кажется, всё.

— Не верю.

И правильно.

Потому что снизу раздался голос. Себастьяна.

— Граф! Графиня! Красиво дерётесь, ничего не скажешь. Но у всего есть конец, верно?

Я молчал.

— Спускайтесь, — продолжил он. — Даю слово дворянина — никто вас не тронет. Будет суд. Честный. С доказательствами.

— Какими доказательствами? — крикнула Лилия.

— Ну как же. Убийство стражи замка, например. Свидетели есть.

Я посмотрел на Лилию. Она смотрела на меня.

— Он врёт, — сказал я тихо.

— Знаю. Но выбора у нас нет.

— Выбор есть всегда.