Работа кипела. Первый фитнес-центр с рестораном открылся с оглушительным успехом. Посетители были в восторге от наполнения комплекса, от качества услуг. Мы тут же начали строительство ещё двух центров в Москве и Подмосковье, а я ни минуты не сомневалась, что и здесь у нас всё получится.

Моя жизнь, ещё полгода назад разрушенная до основания, теперь наполнялась новыми красками. И, честно признаться, какой бы смелой и решительной я ни была, в глубине души подтачивало неприятное чувство: что-то может пойти не так.

Зимой мы развелись с Максимом. Видеть его снова было противно до тошноты, особенно когда его адвокат взялся оспаривать мои права на половину совместно нажитого имущества. Если честно, хотелось плюнуть на всё, отдать этому червяку свою долю, уйти и не вспоминать, чтобы не видеть и не слышать. Но часть меня, которая готова биться до последней капли крови за справедливость, не позволила этого. Почему я должна отдавать свой дом разлучнице и предателю? Да по-хорошему, их бы выкинуть на улицу, и пускай сами выкручиваются. Но и так я тоже поступить не могла. Ох, совесть, сколько же противоречий ты в себя вмещаешь.

Суд обязал Максима выплатить мне половину стоимости нашей квартиры. И по окончании заседания, когда я уже собиралась возвращаться в офис, внезапно руке моей стало очень больно. Подняв глаза, я увидела разъярённого бывшего, а за его спиной, недовольное лицо его беременной нахалки.

— Я подозревал, что ты стерва, — сказал Максим, сжав до боли моё запястье, — но не догадывался, насколько паршивая.

Я захлёбывалась одновременно физической болью и возмущением. Вспыхнув гневом, ударила его по руке, заставляя выпустить меня.

— Пошёл к чёрту! — рявкнула на него. — Не подходи ко мне, если не собираешься возвращать деньги!

— Я ничего не стану возвращать, потому что ничего тебе не должен, дрянь! — Максим снова стал наступать. — Признай, что просто бесишься. Сама не можешь детей иметь, вот и гадишь. Другая на твоём месте радовалась бы и не рыпалась. А ты всю жизнь только и думаешь, где бы урвать кусок.

— Вот-вот, — пискнула Кристина. — У нас ребёнок будет. На него много денег нужно. Но ей же этого не понять.

Почему-то я всё ещё не могла привыкнуть к такому отношению. Ведь ясно было, какие эти двое страшные эгоисты и нет смысла что-то им доказывать, рвать глотку, пытаясь перекричать. Тем не менее ком уже подступал к горлу, а в висках забарабанил пульс. Но нет, слёз моих они не увидят. Переведя дыхание, спокойно проговорила:

— Если вас что-то не устраивает, Максим Геннадиевич, подавайте апелляцию. Но не думаю, что суд решит что-то в вашу пользу. Хотя смотрю, ребёнок уже на подходе. Боюсь, если вы будете много требовать, суд запросит ДНК-тест, чтобы точно знать, кто и на что имеет право, и вот тогда…

Кристина побледнела, а Максим, наоборот, покраснел, закипая от ярости.

— Я уничтожу тебя, — пообещал он и сжал кулаки, готовясь ударить меня. Он бы точно это сделал, не будь мы в здании суда с полицейскими и охраной. Резко развернувшись на месте, говнюк быстро зашагал прочь из зала, тогда как шарообразная Кристина едва за ним поспевала.

Оставшись одна, я порадовалась, что не пустила Руслана поехать со мной. Будь он тут, возможно, драки было бы не избежать.

Я быстро вернулась в строй и продолжила работу. Дни поскакали в привычном темпе, и я почти забыла всё, что произошло в зале суда. Вспомнить довелось неожиданно, когда в один из дней мне пришло сообщение от Ольги. Подруга прислала ссылку на популярный спортивный паблик с миллионами подписчиков. Когда я открыла её, кровь застыла в жилах. На меня выкатился огромный пост, разгромный, полный лжи и негатива с фейковыми фотками. Мой центр обвиняли в использовании дешёвого, травмоопасного оборудования, в отсутствии квалифицированных тренеров. А ресторан Руслана — в нарушении санитарных норм и использовании просроченных продуктов. Всё это было настолько наглой и откровенной ложью, что меня охватило бешенство.

Глава 9

Я буквально задыхалась от ярости, читая этот пасквиль про списанные, аварийные тренажёры и купленные медкнижки персонала Эколайн. Обида жгла грудь — и за себя, и за Руслана, которому досталось из-за меня. Этот лживый пост мог нанести серьёзный удар по нашей репутации, по всему, что мы так усердно строили. Я прекрасно знала, кто за этим стоит. Желание свернуть шею бывшему мужу, казалось, обрело осязаемую форму, настолько мне хотелось этого.

Набрала Руслана, голос дрожал от негодования. Но вскоре, как по волшебству, спокойствие мужчины передалось мне.

— Я ожидал чего-то подобного, — сказал он, когда я, переслав ему ссылку, на одном дыхании вывалила своё возмущение. — Этот человек вряд ли стал бы сидеть сложа руки, наблюдая твой успех. Но до конца света ещё далеко. Поверь.

— Руслан, ты не понимаешь. Это же не просто удар по репутации. Нас обоих, тебя и меня, теперь замучают проверками! И клиентов станет меньше. А мы столько денег в рекламу вбухали!