С этого дня начался их странный диалог через океаны. Короткие, обрывистые сообщения, полные простых слов.

— Сегодня видели китов. Огромные. Выпрыгивали из воды. Невероятно.

— Как я завидую! У нас дождь и слякоть. Учу роль. Скучаю.

— У нас на камбузе повар испек хлеб. Пахнет как дома. Только не хватает маминых лепешек.

— А я научилась готовить твой суп с чесноком. Получилось невкусно, но я не сдаюсь.

— Сегодня ночная вахта. Звезды над океаном… их миллионы. Я искал самую яркую. Думал, может, это ты на нее смотришь.

— Это была Венера. Планета любви. Я проверяла. И да, я на нее смотрела.

Эти сообщения стали для Умара глотком воздуха. Он ловил связь в каждом порту, как утопающий хватается за соломинку. Его сосед по каюте, бородатый механик дядя Саша, ворчал.

— Опять в свой телефон уткнулся? Девушка?

— Да, — коротко отвечал Умар.

— Вижу, с ума сходишь по ней. Пишешь-пишешь. Только смотри, береги телефон. На вахте уронишь за борт — не соберешь.

Умар берег телефон как зеницу ока. В этих коротких строчках была его настоящая жизнь. Жизнь, которая ждала его на берегу.

Однажды ночью, когда судно шло спокойными водами, он получил от нее длинное письмо на электронную почту.

«Привет, Умар.

Сегодня была трудная репетиция. Режиссер всех ругал. Я вышла из института и села на скамейку в том самом парке. Помнишь, где мы первый раз гуляли? Было холодно, но я сидела и думала о тебе. Мне кажется, я начинаю понимать, что ты чувствовал, когда говорил о двух мирах. Потому что сейчас мой мир разделился надвое. Есть мир, в котором я жила раньше. Учеба, театр, подруги, походы по магазинам. И есть мир, в котором есть ты. И он стал для меня гораздо реальнее первого. Когда ты нездешний, все здесь кажется каким-то ненастоящим, как в кино. А настоящее — это там, где ты. В твоих холодных морях. Я ношу твой шарф. Он все еще пахнет тобой. Возвращайся скорее. Твоя Кристина».

Умар перечитал это письмо раз десять. Он сидел в своей каюте при тусклом свете ночника и чувствовал, как слезы подступают к глазам. Он никогда в жизни не слышал ничего более прекрасного.

Он начал писать ответ. Длинный, сбивчивый, на своем ломаном, но искреннем языке.

«Здравствуй, Кристина.

Твое письмо я получил. Я прочитал его много раз. Спасибо тебе. Ты не представляешь, как это важно для меня. Здесь, в море, человек чувствует себя очень одиноким. Особенно ночью. Только вода, звезды и ветер. И мысли. Иногда мысли самые плохие лезут в голову. А сегодня ночью у меня есть твое письмо. И я чувствую, что я не один. Что ты со мной. Ты спрашивала в библиотеке, что сильнее — любовь или долг. Я до сих пор не знаю ответа. Но я знаю, что то, что я чувствую к тебе, сильнее любого шторма. Сильнее страха. Сильнее тоски по дому. Я еще никому не говорил таких слов. Но я говорю их тебе. Возвращайся скорее — это мне нужно говорить тебе. Я считаю дни. До свидания. Твой Умар».

Он отправил письмо, когда судно зашло в порт . И в ту же ночь получил ответ. Всего одну строчку.

«Я тоже тебя люблю».

Больше ему ничего не было нужно. Весь оставшийся рейс он прошел с ощущением, что у него за спиной выросли крылья. Даже злой капитан перестал его ругать, а дядя Саша хмыкал — Видать, любовь у парня настоящая. Светится весь.

Наконец, спустя полтора месяца, на горизонне показались знакомые огни родного порта. Умар стоял на палубе, вцепившись в леера, и не мог дождаться, когда сойдут на берег. Его сердце бешено колотилось. Он никому не сказал о своем возвращении. Он хотел сделать сюрприз.

Как только трап опустили, он первым сбежал на причал. До вечера были обязательные процедуры — сдача вахты, отчеты. Но мысли Умара были уже далеко.

Он помчался в ее институт. Была уже ночь, но в окнах общежития горел свет. Он набрал ее номер.

— Алло? — она подняла трубку сразу, как будто ждала.

— Я в городе, — выпалил Умар, запыхавшись. — Я на берегу. Где ты?

Из трубки донесся короткий вскрик.

— Ты где?!

— Я под твоим общежитием.

Через минуту она выскочила из парадной. Она была в старых джинсах и большом свитере, на ногах — домашние тапочки. Волосы были собраны в небрежный пучок. Он никогда не видел ее такой. И она была самой красивой.

Они стояли и смотрели друг на друга, не в силах вымолвить слово. Потом она бросилась к нему и обняла так крепко, что у него перехватило дыхание. Он чувствовал, как дрожит ее тело.