Холодный ветер вперемешку с дождем влетел мне в лицо, ноги оказались в луже, промокнув так, что захлюпало в ботинках. Я заметил хрупкую удаляющуюся фигурку, спешащую по асфальтовой дороге в сторону ворот, и ринулся следом. Олесия, кутаясь в вязаную кофту и не оглядываясь, упрямо топала вперед.
Сейчас малявка у меня получит!
Я без труда догнал девчонку и схватил за локоть. Попытался развернуть к себе, чтобы поговорить, но она выскользнула как желе и дала от меня деру, чем разозлила еще больше. Я выругался на родном языке и, в три счета догнав вредного Одуванчика, поймал ее со спины и приподнял над землей, чтобы она больше не убегала. А она взвизгнула и закричала:
— Не трогай меня! — Заболтала ногами, отчаянно вырываясь и барахтаясь. — Пусти! Отцепись от меня! — Застучала кулаками по моим рукам, выворачиваясь как змея.
— Тихо. Halte (стой)! Перестань! Олесия, мы только поговорим. Все равно тебе некуда идти! — Убедительно проговорил я, чувствуя, как ее острые коготки бороздят кожу моих рук.
Вот мстительная малявка, все равно не сдается!
— Ну же, хватит. Ты ведешь себя как маленькая! — Сообщил раздражительно, чем еще больше разгневал свою боевую куклу.
В это время из-за угла вынырнула небольшая компания знакомых мне людей: Алефаров со своей оборзевшей белобрысой любовницей, Честинский с высокой брюнеткой в обтягивающих штанах и Шлемов с удочками и карпом в садке. И все навеселе.
— О-о-о, молодежь развлекается! — Брякнул пузатый Алефаров, набрасывая на лысину капюшон куртки. — Тебя что жених обижает? — С полуулыбкой глянул на мою малявку, которая округлив глаза, даже драться перестала. — Так брось его, и пойдем с нами. У дяди Вовы столько всего интересного, точно не заскучаешь, — толстым пальцем поманил ее к себе. А Олесия, оглянувшись, тут же успокоилась, притихла и, схватившись за лямки своего рюкзака, вжалась спиной в меня.
Вот и отлично, подумал я, ослабляя хватку и ставя девчонку на сухой участок асфальта. Может, обойдемся без скандала. Я перевернул беглянку к себе лицом и прижал к груди, обхватив двумя руками за талию. К счастью она не брыкалась, только что-то непонятное профырчала на русском языке и уткнулась носом в мою толстовку. Похоже, грузный Алефаров пугал ее куда больше, чем я.
— У нас все нормально, — я крепче обнял Одуванчика, наслаждаясь ее податливостью и покорностью. — Просто немного повздорили, но уже все выяснили, — а сам подумал, что если я срочно не верну Олесию в дом, то она заболеет. А это не входит в мои планы.
Алферов удовлетворенно кивнул и, передав подсак своей даме, кашлянул в кулак. Хотел еще что-то сказать моему Одуванчику, но под раздраженным взглядом своей ревнивой любовницы, передумал.
— Ну ладно, кувыркайтесь молодежь, но недолго, — отцепив взгляд от малявки, переключился на меня. — Демаре, ты хотел о чем-то поговорить. Без проблем. Подходите через полчаса, как раз шашлык привезут и бухло, посидим, обсудим твои дела. И не забудь свою красавицу, а то нашим девочкам нужна свежая кровь, — бесцеремонно хлопнул по плоской заднице свою спутницу, которая противно взвизгнула и тут же пьяно захихикала, вызывая у меня чувство отвращения.
Меня, конечно, порадовала возможность получить свое, а именно хорошую ставку по аренде. Но вот то, что придётся брать с собой Олесию, в мои планы не входило. Я считал, что она не очень хорошо будет чувствовать себя в компании пьяных спермоозабоченных мужиков. Тем более я видел, что Алефаров положил на мою малявку глаз и так просто от нее не отстанет. Но отказываться от выпавшего шанса было глупо.
Олесия в это время осмелев, попыталась выкрутиться из моих рук. Закопошилась, оттолкнулось ладонями от моей груди, но я сжал малявку крепче. Не хватало, чтобы она спугнула момент.
— Мы будем, — кивнул я, не спросив ее мнения. — Через полчаса, — взял за руку и повел недовольную девчонку в сторону дома. У нее были ледяные руки и постукивали зубы. Да и мне в мокрой обуви было совсем некомфортно.
Боковым зрением я заметил на себе заинтересованный взгляд высокой брюнетки, стоявшей рядом с Честинским. Девушка была красива: длинные ноги, обтянутые узкими штанами, высокая грудь, дерзкие черты лица, и, похоже, такой же характер, но она ни в какое сравнение не шла с моим очаровательным, наивным Одуванчиком, которая злилась рядом. Было в Олесие нечто такое, что с первой секунды сводило с ума и потом еще долго не отпускало. Поэтому я немного потешил свое самолюбие и снова переключился на малявку.
— Тихо, дома поговорим, — шикнул негромко, заметив, что она приготовилась прилюдно вынести мне мозги. И покосился в сторону удаляющейся компании, которая до сих пор оглядывалась на нас. — Я знаю, что тебе есть, что мне сказать, но давай без свидетелей, — снова предупредил мелкую, чтобы она не устраивала на улице сцен, которые не выгодны ни ей, ни мне.
Я распахнул дверь в наш домик, пропустил хмурую Олесию внутрь и зашел сам. И как только за спиной закрылась дверь, ожил мой свирепый Одуванчик и начал выступать.