На следующее утро, не дожидаясь пока моя любовница проснется, я уехал домой, к Тане. Ну а что поделаешь? Правда стоило мне выйти из квартиры, как Антуанетта, тут же проснувшись, начала мне наяривать. Типа уже соскучилась. И спрашивать почему я, несмотря на выходной день, свалил с рассветом солнца.
Да дела у меня, дела! Как не понять-то?
В общем следующие несколько недель я только и делал, что виртуозно откладывал поход в ЗАГС, изо всех сил делая вид, что я конечно же хочу поскорее подать заявление… Но постоянно что-то мешает!
– Сереж, мы так до родов не успеем! – как-то раз решила высказать мне Антуанетта. С долей раздражения в голосе. Я видел, что она уже на грани…
– Дорогая, ну ты же знаешь что пожениться мы можем в любой момент. Когда девушка беременна, то расписывают гораздо быстрее…
– А ничего что я на шестом месяце?! Мне мама уже все мозги съела! Да и друзья, подруги… Все у меня спрашивают когда я уже замуж выйду! Живот торчит! – в голосе Антуанетты было столько отчаяния, что я понял что орать на нее – только хуже будет.
– Какие же бестактные люди, что задают такие вопросы! – я поцокал языком и закатил глаза. Но в этот раз трюк не удался.
– Они может и бестактные, а замуж я когда выйду? Ты мне об этом скажешь или нет?
– Выйдешь! Просто подождать надо…
– Чего мне ждать? Когда у меня уже живот на нос полезет? Ты что делаешь? – в ее голосе были слезы.
– Ты нервничаешь, а это вредно для будущего ребенка! – рявкнул я, но Антуанетта не успокаивалась.
– Это ты виноват, если ребенок родится больным! Это ты меня доводишь своим равнодушием! Ты же сказал что готов жениться, ты пообещал что мы будем жить вместе…
– Мы и живем вместе, мы муж и жена!
– Нет! Это не муж и жена! – у Антуанетты началась форменная истерика, – Муж и жена – это когда люди в ЗАГСе оформили отношения. А когда они просто живут, не расписавшись, это называется сожительство!
– Господи! Ну как ты можешь быть такой мещанкой! – глубоко вздохнул я, стараясь всеми силами пристыдить Антуанетту, – Мы с тобой вообще-то не просто так вместе! У нас родство душ, интересная профессия на двоих, у нас скоро родится ребенок! Сын! А ты… – я покачал головой.
– Да, а я хочу чтобы мой сын носил твою фамилию! Чтобы я носила твою фамилию! А не объясняла другим людям что ты меня просто пользуешь! Может ты вообще женат!
Антуанетта впервые не просто спросила об этом. В ее голосе не было тени сомнения. В какой-то момент я подумал что она все давно раскопала… Но… Нет, она не из таких. Она будет до последнего мне верить.
– Глупости не говори… – я старался не выдавать нервозность. А в голове снова возникла неприятная мысль: “Как я буду дальше выкручиваться? Не говорить же всю жизнь что у меня командировки? Рано или поздно догадаются. Причем и Антуанетта, и Таня”.
– А какая еще может быть причина, что ты не хочешь оформлять отношения? Только что не любишь меня!
– Я тебя люблю!
– Вот! Любишь! Так почему тянешь с браком?!
Я молчал… Черт. Взяла меня за горло!
– Не дави на меня! Я сказал женюсь на тебе, значит женюсь! А будешь на меня давить, я вообще от тебя уйду! – я уже не знал как закончить этот разговор. Поэтому просто начал шантажировать Антуанетту. И, как ни странно, это подействовало. Она замолчала, но я видел что она сидит обиженная, вся такая расстроенная… Поэтому, чтобы скрасить ситуацию, я произнес: – У меня для тебя сюрприз!
– Какой сюрприз? – хрипло отозвалась Антуанетта.
– Мы с тобой поедем на море. Ты же хотела на море?
– Хотела! – тут же заулыбалась. А что еще бабам-то надо? Цацки и море. Они очень предсказуемые.
– Ну вот и отлично!
Ага, только осталось выяснить где брать деньги на это море!
Глава 20. Сережа
Впрочем на море мне и самому хотелось. Так что искать деньги я начал с энтузиазмом. Минус был один: зарплаты тамады мне явно не хватало. Потому что две семьи фиг прокормишь, тут же и квартира… А я на юга собрался сверху!
Ну допустим, можно сократить паек для Тани… Но это не спасет положение! А что спасет? Правильно. Обратиться к моей маме. Потому что это она заставила меня в свое время жениться на Тане. А я не хотел. И не собирался.
Через пару дней я явился к матери и выкатил ей претензию, что она нам не помогает. А мы между прочим молодая семья, я надрываюсь на работе…
– Сколько тебе нужно? – наконец мученически воскликнула мама.
– Тысяч тридцать. А еще лучше – сорок! – сообщил я, даже не моргнув глазом.