— Почему ты не стала приглашать никого, кроме отца? — отвлекает меня Люков.

— Кого? Родственников? Чтобы они до конца своих дней нас с грязью смешивали? Я и так достаточно накосячила.

Я взглядом ищу отца, но толпа гостей слишком плотная. Или же он не приехал…

Наконец мы подходим к алтарю. Музыка стихает, и я слушаю знакомую речь о святости брака. Странно давать те же обещания второму мужу, если не выполнила их перед первым. А еще страннее, что для многих это игра. Может, и я завтра пожалею. Может, Люков передумает бросать все, что нажито непосильным трудом и сделкой с совестью. А может, это наша судьба, и старость мы встретим на одной подушке.

Я в каком-то полубреду отвечаю «Да», надеваю кольцо на палец теперь уже мужа и отвечаю на его поцелуй под заглушенные хлопки ладоней.

— Я люблю тебя, птичка, — признается он, смотря мне в глаза. — Не сомневайся во мне.

Мне пока нечего ответить. Я даже поддержать его не могу, а ведь ему сейчас важно дружеское плечо. Он должен видеть одобрение в моих глазах, чтобы заряжаться уверенностью. Однако мне настолько сложно поверить в то, что происходящее не сон, что я уже не понимаю, когда поступаю правильно, а когда оступаюсь.

Прежде чем сесть за столики, гости спешат поздравить нас. Одной из желающих становится и названная Адель. Она под руку с Шаманом подходит к нам, смеряя меня оценивающим взглядом и явно думая, что Люков мог бы найти жену и получше.

— Признаться, я была огорошена, — ядовито улыбается она, тем самым намекая, что они с Шаманом уже не раз перетерли нашу свадьбу. — Поздравляю, Влад. Ты сумел удивить. Но к чему такая спешка?

Люков и Шаман обмениваются взглядами, которыми можно костер разжечь, поэтому положение приходится спасать мне.

— Щепетильное положение, уважаемая Адель. Извините, не знаю вашего отчества.

Она смотрит на мой живот и улыбается.

— Оу, тогда поздравляю вдвойне. Молодцы, что подсуетились, пока платье впору и от запахов еды не тошнит.

Я ловлю на себе пристальный взгляд Люкова. Кажется, мои слова его ранили. Блин, босс, неужели ты мечтаешь о детях? Прости, если я задела за живое, но и мне тяжело говорить о детях после потери ребенка. Только не соври я так жестоко, и эти гиены нас растерзают.

— О, Владислав! — всплескивает руками Шаман. — Что ж ты сразу не сказал?! Прости, дорогой, ради Аллаха!

Краем глаза я замечаю спешащего к нам человека и отвлекаюсь от разговора. Это мой отец. Он в костюме, с цветами, но на лице беспросветный траур.

Моя рука выскальзывает из руки Люкова.

Адель хмыкает, заметив приближающегося прокурора.

— Похоже, у вас назревает семейный разговор. Не буду вам мешать. К тому же у меня еще много дел. Еще раз поздравляю, Влад, Ева. Совет вам да любовь. — Она опустошает свой бокал и, поставив его на поднос проходящего мимо официанта, удаляется.

— Иди, — отпускается меня Люков. — А мы пока с Шаманом наше дальнейшее сотрудничество обсудим. Так ведь?

— О, да-да, дорогой! Ты же мне как сын, Владислав! — Тот обнимает его за плечи и, жестикулируя, отводит в сторону.

И вот наступает момент моей встречи с отцом. Он останавливается в шаге от меня и смотрит с тем же разочарованием, с каким смотрел, когда я отказалась писать заявление на Макса. Я снова подвела его, отчего обручальное кольцо кажется ошейником.

—  Я чуть с ума не сошел, когда ты пропала, Ева.

—  Пап, давай войдем в дом.

Он соглашается. Нам не мешает поговорить вдали от посторонних глаз и ушей. Я провожаю его в гостиную и приглашаю на диван.

—  Что-нибудь хочешь? Воды? Чаю?

Отец кладет цветы на столик и хлопает ладонью около себя. Мое сердце чуть ли не останавливается.

—  Ты тут как хозяйка.

—  Я и есть хозяйка, — вздыхаю я. садясь рядом с ним. — Пап, прости, что так вышло.

—  Что случилось, Ева? Ты пропала в тот же день, когда у меня побывал этот подонок Люков.

—  Не спрашивай. Многое случилось.

—  Он насильно тебя здесь держит?

—  Что-о-о? — протягиваю я. выпучивая глаза, будто еще недавно ничего подобного не было. — Нет, папа. Я люблю его!

Я говорю это с пугающей меня уверенностью.

—  Я надеялся услышать обратное. Думал, сейчас приеду, во всем разберусь, заберу тебя домой и упрячу за решетку этого негодяя. А вижу тебя такой счастливой, какой ты никогда не была. Немного напряжена, но счастлива.

—  Тут сложно расслабиться, — киваю я.

—  Да, тот еще террариум. Даже небезызвестная Адель здесь. Похоже, Люков на хорошем счету в своей своре.

—  Пап, он другой. И он меняется. Я не вышла бы замуж за преступника. Я вышла за человека, у которого большие планы на будущее со мной. Он жизнь за меня отдаст.

—  Ты уверена? — Отец вздергивает бровь.