Каждое слово я произносила с паузой, словно подчеркивая этим свои намерения. Касси прищурилась, соображая, как еще извернуться. Я покачала головой, намекая, что со мной этот номер не прокатит. Все уловки сестры я знала наперед.

- Что, совсем никак? - предприняла новую попытку Касси, а я произнесла только один аргумент

- Представь сейчас себя на моем месте. Ты бы хотела знать?

У сестренки ощутимо дернулся глаз. Уж кто-кто, а она всегда хотела все знать. Даже если это ее не совсем касалось. Предупрежден - значит вооружен.

- Что сказала Вайолет? - повторила вопрос я. Кассандра опустила глаза и тихо сказала:

- Попросила Николаса внимательно за тобой присматривать. Ничего конкретного, ты же ее знаешь.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться и не показать, как сильно слова сестры вывели меня из равновесия. О да, я знала Вай! Ее намеки крайне туманны, как и у любой предсказательницы, она в принципе не имела права рассказывать свои видения подробно, это особенность магии. Если видение будет озвучено подробно, ткань бытия может измениться. Но в свете последних событий мне большего и не требовалось. Вариантов было немного - либо я, либо Касси. Других девушек с королевской кровью вроде бы не наблюдалось. Если, конечно, дядюшка, не наплодил бастардов.

Первым порывом было взять с сестры обещание, что она и шагу из дома не сделает - мало ли что. Но я уняла это желание, прекрасно понимая, что в споры с Касси вступать сейчас не выгодно. Рейстлин не дурак, Он свою неугомонную ведьмочку за семью печатями запрет, но не даст до нее добраться. А вот я... Если мы не сможем опередить это чудовище, я -единственный шанс его поймать. Моя кровь - катализатор вызова. А я сама - отличная приманка. И дедушке с Николасом придется допустить меня к операции. Одна жизнь -ничто, когда на другой чаше весов стоят такие последствия.

- Зелье готово? - спросила вслух ровным голосом, будто и не приходила к подобному выводу. Получила подозрительный, почти недовольный взгляд сестры:

- Это все, что ты хочешь спросить?

- А ты можешь сказать что-то новое? - вопросительно приподняла бровь я и поймала себя на мысли, что приобрела эту привычку у некроманта.

- Мне не нравится твое выражение лица, - честно призналась Кассандра. - Ты что-то задумала, и такие планы обычно ничем хорошим не заканчиваются.

Какие мы, однако, прозорливые! Только в этот раз втягивать сестру в авантюру я не собираюсь. Слишком рискованно. В случае чего я себе этого никогда не прощу. Поэтому я улыбнулась и подначила Касс:

- Мы будем мне родной цвет возвращать или как?

Не убедила. Я по глазам это видела. Но ведьма спорить не стала. Зачерпнула зелья, налила в мензурку и протянула мне:

- Одним глотком.

Я с сомнением посмотрела на серебристую жидкость:

- Ты же помнишь, что я твоя любимая сестра?

- Ты моя единственная сестра, - строго поправила меня Кассандра, давая понять, что, хоть она сейчас и отступилась, разговор получит продолжение. Я невинно захлопала ресницами:

- Это что, как-то мешает мне быть любимой?

И, сделав глубокий вздох, одним движением опрокинула в себя зелье. Сначала ничего не происходило, а потом по мне будто миллионы муравьев и таракашек побежали своими тонкими лапками. Это было неприятно, щекотно, почти страшно. Кто знает, какие побочные эффекты у этого зелья? Кончики моих пальцев, ладони на мгновенье окрасились в серебристый цвет. Брррр. Потом зашевелились волосы на голове, вылетели шпильки, скрепляющие прическу. Марш таракашек прекратился. Густые локоны распустились по плечам, а я со страхом уставилась на сестру, ожидая ее вердикта. Кажется, у меня даже сердце замерло.

- Ну что?

- Что-что? - Касси недовольно поджала губы. - Я тебе сочувствую, сестренка.

- То есть? - похолодела я, а хозяйка лаборатории подошла ко мне и коснулась одной пряди.

- То есть тебе снова придется доказывать окружающим, что ты не недалекая блондинка, -оттянув ее, показала мне мой родной цвет. И мне ничего не оставалось сказать, кроме как:

Ведьма!

Я нерешительно застыла около двери так называемого жениха. Принять решение всегда легко, а вот осуществить его крайне трудно. Особенно когда оно совершенно не соответствует ни твоему характеру, ни принципам. Хотя, если существует вероятность, что жить осталось всего ничего, не следует ли послать принципы на все четыре стороны и просто наслаждаться отпущенным? Делать, что хочется, не оглядываясь на последствия? Даже если желания не совсем приличны и никак не подходят леди?

Вроде решение я уже приняла, но почему, почему так сложно поднять руку и постучать? Может, уйти, пока не поздно? Ведь меня никто не видел, никто не заметит моей трусости. И только я начала склоняться к данной мысли, как за спиной раздалось удивленное:

- Ами? Что случилось? Ты собираешься стучать или так и уйдешь, пообщавшись с дверью?