Маркиз муркнул, и завалился на спину, предоставляя мне доступ к своему животу. Меня два раза просить было не нужно, и я с удовольствием погладила, потискала и почесала его плотный животик.

Полночи я проворочалась, потому что эмоционально перевозбудилась, и никак не могла выкинуть из головы всё, что произошло, прокручивая воспоминания по кругу одно за одним.

Так что, когда прозвенел будильник, я была максимально разбитая. После сна все эмоциональные переживания почему-то воспринимаются уже не так остро, особенно, когда не выспишься.

Вот и я спокойно собралась, и как ни в чём не бывало вышла, и села в автомобиль на соседнее с Иваном Сергеевичем место, будто вчера между нами не было никаких этих странных волн и флюидов. Мне удалось абсолютно себя убедить, что всё произошедшее было не более чем плодом моей слишком бурной фантазии.

— Доброе утро, Василиса. — Босс смотрел на меня сбоку слишком внимательно, будто впервые видел. И несмотря на то, что я не переводила взгляд на него, периферическим зрением я улавливала его разглядывания.

— Доброе утро. У меня что-то не так с лицом или причёской?

— Нет, всё отлично.

Мы прибыли в аэропорт за два часа до отправления. Увидев настоящие самолёты так близко, у меня захватило дух от приближающегося приключения.

— Василиса, нам ещё регистрироваться на рейс и контроль проходить. — Подтолкнул меня в спину Иван Сергеевич, и я, наконец, отмерла.

— Просто не думала, что они действительно такие большие…

Босс остановился, и я впечаталась в его спину, не ожидая резкой остановки.

— Погодите, вы впервые полетите на самолёте? Не летали до этого?

— Ну да…А куда мне было летать.

— Не знаю. В отпуск там, например.

Мы заняли место в очереди на регистрацию. Я старалась запомнить порядок действий в аэропорте. Что и за чем нужно делать. Вдруг я действительно ещё когда-нибудь куда-нибудь полечу.

— Это в вашем мире в отпуск летают. В моём — ездят. В лучшем случае на поезде несколько суток до российского побережья, в худшем — на междугороднем автобусе к бабушке на дачу. А там такой отдых, что больше устаешь, чем после работы.

Я ещё раз убедилась про себя, насколько же из разных миров мы были с Иваном Сергеевичем. Мне стало вдруг интересно. А какая бы я была, если бы росла в подобных условиях, а не в обычной двухкомнатной хрущёвке.

При воспоминании о доме, сердце тревожно защемило. Я не разговаривала с папой почти неделю. До этого мы общались почти каждый день.

Больше всего меня задевало, что это меня обидели, но он не спешил позвонить первым и поговорить нормально.

Спустя полтора часа различных проверок и ожидания, нас пригласили на посадку. Мне повезло, потому что в свой самый же первый полёт я была пассажиром бизнес-класса.

Если честно, мне всегда представлялось, что бизнес-класс это-что-то сверх крутое, где ты чуть ли не лежишь, пока стюардессы беспрерывно подносят тебе шампанское, и обмахивают опахалами. На деле же оказалось, что бизнес и эконом были очень похожи. Просто в экономе сидели по трое человек, а здесь мы расположились вдвоём с Иваном Сергеевичем, сидения наши были чуть шире и чуть дальше друг от друга. Ну и, самое главное, бизнес-класс отделялся от эконома шторкой! И вот зачем всё это было? Даже как-то смешно.

Я пришла к выводу, что бизнес-класс абсолютно не стоил своих денег.

Моё спокойное и любопытствующее состояние длилось не долго. Как только наш самолёт тронулся, и начал набирать скорость для взлёта, я подумала, что, пожалуй, не только бизнесом не буду летать, а вообще воздержусь от полётов. Потому что, кажется, у меня была аэрофобия.

В следующую секунду, как только самолёт начал отрываться от земли, я мертвой хваткой схватила Ивана Сергеевича за руку.

— Василиса, вы решили убить меня, передавив вены? — спросил Иван Сергеевич, пытаясь вынуть из моего стального захвата свою руку.

Я же в этот момент концентрировалась на дыхании, не смотря в иллюминатор, и в конце концов вообще закрыла глаза.

— Я, оказывается, боюсь летать! — полушёпотом сообщила я своему боссу.

— Ладно, можете держаться, только давайте так — Иван Сергеевич отцепил мою руку от его запястья, вложил её в свою раскрытую ладонь, и начал успокаивающе поглаживать мою ладошку своим большим пальцем.

Я открыла глаза, переведя взгляд на наши сплетённые конечности. В салоне самолёта стало слишком душно.

Инструмент оказался действенным. Теперь я действительно совсем не думала о полёте. Все мои мысли были заняты тем, что мы с боссом, по факту, сидели сейчас взявшись за руки.

— Могу я предложить вам напитки? Чай, кофе, соки, вода с газом или без? — остановилась рядом с нами симпатичная стюардесса.