— Конечно же, нет, — улыбнулась, удобнее присаживаясь на диване. — Что-то случилось?

— Ничего критичного, — успокоила Ненси. — Просто последние события слишком нагнетают обстановку и мне захотелось поговорить. Может, хотя бы разговоры смогут меня успокоить.

— Что именно тебя беспокоит? — спросила, потянувшись за своим чаем.

— Многое, — нехотя признается подруга. — И… ты ведь слышала, что сделал Харис? Такой кипишь поднялся.

— Расскажи подробнее, — тяжело вздохнув, попросила я, устало прикрывая глаза.

Когда я максимально сильно не хотела вспоминать о Тайлере, о нем начинали говорить абсолютно все.

— Он установил на свободной части своей территорий камни. Они перекрывают Клермон. Абсолютно все въезды и выезды. Даран еще не дал ни единого комментария по этому поводу, но атмосфера максимально напряжена. Честно признаться, мне жутко страшно. Мы уже пережили одну войну и я никогда не хотела, чтобы повторилось нечто подобное. А этот… Даран. Он мерзкий и устрашающий тип.

Я приподняла бровь. А вот об этом я не слышала. И как я упустила такую информацию несмотря на то, что клацала новости?

— То, что ты говоришь, это проверенная информация? — я решила уточнить.

— Конечно. Об этом сейчас все твердят. Камни устанавливали этой ночью.

Я шумно выдохнула. Ого. Значит, Тайлер открыто объявил войну Дарану. Причем, сразу же загоняя его в тупик. Зачем?

Совсем недавно, изучая карты, я узнала, что Тайлер захватил еще часть территории. Ту, которая окружала город Дарана. По большей части там находился лес и Харис оставлял его не тронутым. Но, если он перекрыл его камнями, значит, так же перекрыл Дарану любой выезд из его города. А это все равно, что лишить кислорода.

Таким образом, получалось, что Даран теперь находился в руках Тайлера.

Следовало об этом побольше узнать у Лоренса.

И уточнить чем все это грозит, а то я, к сожалению, на днях встречалась с Дараном. Случайно. Но мне не понравилось. Действительно скользкий тип.

— А еще эта Шейла, — продолжила Ненси. — Господи, как же мне хочется придушить ее собственными руками. Она будто знала, что ты вернешься и обезопасила себя со всех сторон.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась я, вслушиваясь внимательнее.

— Я недавно общалась с одной знакомой. Раньше она очень плотно дружила с Шейлой. Это было еще в университете. Она свалилась с лестницы и сломала ногу. Я тогда ей помогла, вызвала скорую и поехала с ней. Шейла позже узнала, что Нилла приняла от меня помощь и выгнала ее из своей свиты.

— Мда уж, — я поморщилась.

— Но это не все. Мы потом временами пересекались. Нилла… Она уже долгое время любовница отца Шейлы.

— Что? — я широко раскрыла глаза.

— Да, на самом деле отвратительно, — согласилась подруга. — Пару месяцев назад Шейла об этом узнала и добилась того, чтобы Нилла исчезала из их жизни. И, когда на днях мы случайно встретились за городом, она на эмоциях вывалила много интересной информации.

— Например? — заинтересовано спросила, хотя, казалось, что меня уже ничего не способно удивить.

— В основном о том, что Шейла плетет знатные интриги. Нескольких омег довела до суицида. Тех, которые крутились около Хариса. Жаждали попасть к нему в постель. И сейчас она собирает вокруг себя всех, кого только можно. Этим обеспечивает себе защиту и силу. Конечно, Нилла не поняла, зачем Вонг это делает, но мы то с тобой все осознаем. Это стена. Чтобы ты до нее не могла дотянуться.

— Мне вот интересно, неужели Харису так нравится его жена сука? — это был риторический вопрос. В ответе я не нуждалась, но Ненси все же произнесла:

— Джен, давай на чистоту. Ты же понимаешь, что, если Шейла плохая для нас, это не значит, что она плохая для Тайлера?

— Разве он не знал, что она нескольких омег до суицида довела? Ненси, это произошло на его территории, а Тайлер не слепой.

— Ты смотришь на ситуацию только с одной стороны. Давай я тебе кое-что проясню. За все годы Харис не посмотрел ни на одну омегу, кроме своей жены. Тут даже самой последней идиотке ясно, что для него не существует никого кроме Вонг. И все омеги, вне зависимости от того, насколько сильно они сходят по нему с ума, с этим смирились. Это не приняли только самые конченные.

— То есть, ты хочешь сказать, что те омеги, которых Вонг подвела к суициду, плохие и заслужили такой судьбы? — я поджала губы. Мне все это не нравилось.