Он вообще пошел слишком рано и был безгранично любопытным. Всего и всегда ему было мало, чтобы утолить свой интерес и Тайлер, по вечерам, возвращаясь домой, брал сына на руки, бесконечно долго рассказывая ему абсолютно про все, а сын слушал его с тем интересом и вниманием, которые, казалось, просто не могли быть у ребенка его возраста. Разве что время от времени играл с галстуком Тайлера. Или маленькими ладошками трогал его волосы.

— Подожди. Давай я дам тебе воды, — подняв сына на руки, я понесла его обратно к коляске, ненароком взглядом скользнув по кольцу на своем безымянном пальце.

К сожалению, из-за того ужаса, который творился в городе, после нашего заявления о совместном будущем двух территорий, наша с Тайлером свадьба сначала отложилась, а после состоялась заграницей на закрытой церемонии. Но я бы не сказала, что хоть о чем-то сожалела. Наоборот, эта небольшая церемония стала той свадьбой, которую я могу назвать самой лучшей.

Но в родной город я смогла вернуться лишь незадолго до родов. Только тогда для Лоренса и Тайлера это казалось безопасным. К этому моменту те, кто был категорически против объединения, покинули стаи и города. Конечно, те кто противился власти, все еще оставались, но покушения на жизни больше не совершалось.

Слишком жесткое наказание тех, кто пытался это сделать, возымело должный эффект.

Можно было сказать, что все шло по плану.

Благодаря объединению, враждующие города, которые являлись по своему лидерами в разных областях, стали одним огромным механизмом, который сделал буквально мировой прорыв в экономике и технологиях.

И это развитие отчетливо ощущалось. Улучшением уровня жизни, понижением цен и повышением доходов. Те, кто остался в городах, достаточно быстро ощутили это на себе и уже после этого, противостоять объединению было ровно отказу от всех этих благ и возвращению в более худшее состояние. К счастью, этого было достаточно, чтобы люди начали менять свое мнение.

Естественно, это не означало, что вражда исчезла. Иногда мне казалось, что, если бы жители могли что-то менять, некоторые из них отказались бы от всех благ, но злость по отношению к вражеской территории оставили.

Наверное, для того, чтобы полностью искоренить эти последствия, нужен был ни один год. Да, и в целом, я прекрасно понимала, что жить без этой ненависти, саднящей в груди, смогут лишь следующие поколения, которые рождаются сейчас. Люди старой закалки никогда не смогут полноценно ступить на путь применения. В наших реалиях это просто невозможно.

Но, несмотря на это, уже сейчас, смотря на то, какая работа была проделана — я была счастлива. Все-таки, находиться рядом со своей семьей, не боясь за собственную жизнь — бесценное богатство.

Я ощутила касание руки на своей талии, а после то, как Харис потянул меня к себе, отчего моя спина соприкоснулась с его стальным торсом. Чувствуя жар его тела, по телу побежали мурашки, которые усилились в то мгновение, когда Тайлер одним движением руки убрал мои волосы и оставил поцелуй на плече.

Тело буквально задрожало от трепета.

Я не испугалась такого внезапного появления и касания. Я почувствовала альфу еще до того, как он оказался настолько близко. Метка отозвалась теплом по всему телу еще минуту назад, а я четко уловила запах Тайлера, который одновременно дурманил меня и действовал успокаивающе.

Тем не менее, я специально сделала вид, что не заметила его появления. Мне до безумия нравилось, когда он подходил вот так вот сзади, и целовал затылок или плечи. Это заставляло тысячи электрических разрядов резко полыхать внутри меня.

— Какая же ты прекрасная, Дженис, — прошептал мне на ухо, отчего я ощутила будто кожу залило раскалённой лавой. — Ты знала, что я дико соскучился?

— Возможно, догадывалась, — я растянула губы в улыбке, когда альфа отстранился и переключил свое внимание на Найтана.

Тот, заметив его, счастливо заулыбался и начал тянуть свои маленькие ручки навстречу Тайлеру.

— Папа, — пролепетал радостно он.

Каждый раз, когда Найтан говорил «мама» или «папа» я ощущала себя безмерно счастливой. Любовь к этому малышу заливала меня до краев.

Два этих слова Найтан сказал в один день, поэтому, хоть и шуточно, но мы с Тайлером до сих пор спорили о том, какое слово было первым.

Первое «мама» с его губ сорвалось после того, как несколько недель назад я пошла купать его после завтрака, за которым Найтан устроил настоящий апокалипсис.

Тайлер подменил меня, когда мне позвонили и тогда услышал первое «папа».

— Ну, привет, маленький Харис, — Тайлер перенял малыша у меня из рук и нежно прижал его к себе. — По тебе я тоже жутко скучал.

В это мгновение в голове пронеслись воспоминания, как Тайлер впервые взял Найтана на руки.

Харис в целом с каждым днем удивлял меня тем, насколько нежным и любящим мужем и отцом способен быть. Но именно тот момент слишком отчетливо отпечатался в памяти.