«У меня нет отца. Вы ошиблись номером».

«Вы»… Даже в таком случае она ответила достойно.

Как воспитанная правильная девочка.

Я бы на хуй послал, а потом нашел падлу и он сам пошел бы по кругу среди своих голодных мужиков. Внезапно стал бы умницей и любимой женой.

Тварь.

А может быть, он на дуру хотел прокатить и развести девчонку на бабки? Сейчас мошенников хоть жопой жуй. Какой только поеботы не наговорят и не напишут, лишь бы запугать, а потом человеком можно вертеть, как захочешь. Страх – сильнейший инструмент для манипуляторов, уж об этом я знаю как никто.

Но что-то мне подсказывало, что этот мудак не шутил.

А что касается слежки… Надо проверить.

Но походу не пиздеж, я что-то почувствовал, когда приехал впервые, но когда вез Вику в больницу, меня никто не преследовал.

Это точно.

Я бы заметил.

Я полистал ее мессенджер, в основном переписки с мамой, братом и Мариной, как я понял, подругой, но она тоже была не здесь. В галерее фоток немного и в основном закаты, озеро с утками и несколько селфи для мамы с красным дипломом.

Я видел эти фотки в переписке.

Никакого компромата. Никаких отправленных сисек.

Ничего!

Обычная простая девочка, без выебонов.

Не шлюха.

И без мужика…

Я не пойму, окружающие ее мужчины в глазоньки долбятся? Почему ее до сих пор никто не забрал себе?

Вика – охереть, какая красивая девчонка.

Двадцать один год – самый сок. Хорошенькая фигурка, натуральная мордашка, не трансформер… Всё при ней!

Почему она никем не занята?

Сказать, что это странно – ничего не сказать.

Не девушка, а одна сплошная загадка!

С херовой тучей проблем, как выяснилось.

Так, всё, пора ехать назад.

Говорить, что я копался в ее телефоне, не буду. Я подожду, расскажет ли сама.

Если проблема действительно есть, то это быстро всплывет на поверхность. У нее явно нет таких денег и за неделю точно не соберет. А если проблемы нет, и этому мудаку хватило ее ответа, значит, развод не прокатил и можно выдыхать.

Ладно, время покажет.

Надо бы проверить информацию об отце. Если мертв, то это одно, а если жив…

Сука, я его из-под земли достану, но выясню, что это за херня!

Лично вытрясу из него всё дерьмо!

Уф, бля, хорош, пора ехать.

Я закинул телефон в пакет с вещами, выключил везде свет и закрыл за собой дверь на ключ.

Я вышел из подъезда, и пока шел на стоянку, сканировал пространство.

Никого подозрительного не обнаружил.

Ладно.

Я закинул пакет на заднее сидение и отправился в больничку.

Следом за мной тоже никто не выехал.

Я набрал Семенычу, тот уже перевел Вику в палату на третьем этаже, сказал мне номер и то, что я могу к ней пройти так же через приемное. Меня пустят, он уже предупредил персонал. Его же я смогу найти, как обычно, на пятом в ординаторской.

Я быстро ее нашел. Коля положил Викторию в маленькую двухместную палату, но сейчас вторая кровать пустовала.

– Ну как ты тут? Обустроилась? – спросил я, положив ей в ноги пакет с вещами.

Вика лежала на боку под одеялом.

Глаза на мокром месте.

А вот это интересно.

– Угу, – шмыгнула носом она, затем проморгалась, села и сдавленно добавила: – спасибо вам.

Я взял стул, поставил спинкой вперед, оседлал его и, сложив руки на спинке, вперился в нее взглядом.

– По какому поводу слезокапство? – прищурился я.

Давай, Вика, колись в чём дело.

– Просто не ожидала, что попаду в больницу. Мне работать надо, завтра дел вагон, а я тут… теперь.

Так-так-так, молчит как партизан.

Не доверяет или ничего страшного не произошло?

Ну, кроме нашего изначального общения в ее квартире из-за увиденного в офисе.

– Подождут дела, главное здоровье. Твой телефон в пакете с вещами, – я подбородком указал на него. – Там еще зарядник и остальные вещи.

На меня с нереальной благодарностью смотрели огромные ярко-серые глаза, словно в них плескался жидкий металл.

Невообразимое зрелище.

Пиздец, она еще рта не открыла, а я уже же утонул в кипучей благодарности красивых глаз.

– Спасибо вам. Большое. Даже не знаю, как вас отблагодарить.

Член в штанах предательски дернулся.

Угомонись, Пожарский, это не предложение!

– Хорошей работой на следующей неделе. Без голодных обмороков. Ты должна быть в норме, так что делай всё, что будет говорить доктор. Понятно? – командным тоном распорядился я.