Руслан элегантно качнул головой и чуть улыбнулся:

– Артур Осечкин был крайне раздосадован.

Я тихо хмыкнула. Какое меткое замечание. Но, думаю, Артур был в шоке от такого поворота.

– Кира, ничего не бойтесь. Он может кричать, ругаться, угрожать. Помните, правда на вашей стороне.

– Меня не напугать, – твердо заявила. – Я уже привыкла к новому лицу бывшего мужа.

– Правда, боюсь, с алиментами может выйти минималка. Уверен, он подстраховался. ИП-шник…

– Ничего, – я чмокнула дочь в румяную щеку, – справимся. Я вышла на работу. Не голодаем, да, малышка? – посмотрела на упитанную крошку.

– Вы стойкая, Кира, – тихо отметил.

– Пришлось, – посмотрела на него, мужественно, сильного, уверенного: – Спасибо вам, Руслан. Без вашей помощи… – не смогла закончить. Как представлю, что было бы, если не наша случайная встреча.

– Было бы не так быстро, – чуть усмехнулся он. – Но вы бы справились, – и на Милену снова взглянул: – Отец видеться с малышкой?

Я только покачала головой. Богданов скривился и бросил печальный взгляд на снимок.

– Кстати, насчет той аварии.

Руслан решил, что нам не стоит заявлять о ней, чтобы не испортить мне репутацию.

– Добавьте сумму ремонта к вашему гонорару. Как-то неправильно получилось, что вы сами занялись ремонтом.

– Там царапина. Ее заполировали. Все нормально.

– Тогда еще раз спасибо и до завтра…

В десять утра начался судебный процесс. С разводом в принципе проблем не должно быть. Артур бился за имущество. Я была спокойна и равнодушна. За меня все делал Богданов.

– Ваша честь, – Артур поднялся и посмотрел на меня, – моя жена мешает мне видеться с дочерью, – решил зайти с другого бока. Руслан слишком четко и аргументированно объяснил суду мои права на совместно нажитое.

– Ваша честь, – Богданов тоже встал, – моя клиентка никак не препятствует свиданиям и общению. Другое дело, что ответчик сам не интересуется родным ребенком. Господин Осечкин знает адрес проживания моей клиентки и несовершеннолетней Милены Осечкиной. Неоднократно приезжал по указанному адресу, но при встречах сам не настаивал на встречах с девочкой. У нас есть несколько свидетельских показаний на этот счет. Кстати, ответчик за время процесса никак не помогал ребенку финансово. В материалах дела есть выписки по счетам моей клиентки: никаких переводов от ее супруга.

– Я давал наличные, – зло выдавил Артур.

Я фыркнула. Каков подлец!

– Ответчик, любые операции, связанные с алиментами, должны иметь подтверждение, – строго произнесла судья.

– Прошу заметить высокий суд, что Кира Осечкина с дочерью живут у сестры. Своего жилья не имеют. А у ответчика большой дом, построенный на общие средства и с участием материнского капитала, но он считает, что жилье принадлежит только ему, – Руслан картинно пожал плечами. – У меня все, ваша честь.

Агрессивная злость Артура сыграла нам на руку. Судья поняла, что никакое примирение ему (тем более мне) не нужно: нас развели, мои претензии на имущество удовлетворили в полном объеме, опека над Миленой за мной, но Артур имел право видеться с дочерью. Пускай. Если захочет, конечно.

– Ну что свобода? – подмигнул Руслан, когда вышли из здания суда.

– Невидима и свободна, – повторила фразу Маргариты из романа и, раскинув руки, крутанулась вокруг себя. Облегчение. Теперь можно начинать новую жизнь. С новой строчки…

– Кира! – услышала сзади. Артур.

Он подошел. Бросил презрительно взгляд на Богданов, хотя они даже внешне в разных категориях. Теперь я смотрела на бывшего свежим критическим взглядом: среднестатистический мужик, косящий под самца и мачо с помощью бороды и геля для укладки. Но внутри только большая черная дыра вместо сердца. Руслан Богданов – это парода.

– Что, насосала на адвоката? – говорил грубо, пытался унизить. – На такого у тебя точно не было денег.

– Полегче, мужчинка, – жестко вмешался Руслан. – Еще слово, и ты у меня за нарушение общественного порядка на пятнадцать суток присядешь, понял?

Артур клацнул челюстью и в меня впился острым взглядом.

– Давно знакомы, а? Может, и Милена не моя. Слишком рьяно тебя защищают.

Я рассмеялась и посмотрела на него как на самое большое ничтожество.

– Делай тест днк, если хочешь, – и к Руслану повернулась, – поехали, – и да, взяла его под руку.

Богданов открыл передо мной дверь своего навороченного порше. Я не оглядывалась, но уверена, что бывший ищет свою челюсть. Пусть все это игра и показательное выступление, но я испытала удовлетворение.

– Куда? – тихо спросил Руслан.

– На работу, – ответила и продиктовала адрес. – Спасибо, – горячо поблагодарила, когда подъехали к зданию моей фирмы.

– Кира, если вдруг станет скучно, звоните.

Я улыбнулась и вышла. Я не готова к новым отношениям. Мне не нужны мужчины. Пока…