Я рвано выдохнула. Там была метка истинности. Даже не передать словами, что я испытала в то мгновение. Боль и шок.

У Рейгарда есть истинная. А он привез меня к себе в дом?

Рейгард

Мысль отдать своей истинной одну из гостиных под ее мастерскую пришла практически мгновенно. По докладам я знал, что Офелия — личность, увлеченная своим делом.

За три дня, что я ждал ее прихода, она практически не выходила из мастерской. Поэтому мне хотелось, чтобы ей было максимально комфортно в моем доме, чтобы чувствовала себя здесь в безопасности.

Находиться вдали от нее было сущим наказанием. Даже, не смотря на то, что связь надежно заблокирована. Чем больше я общался с Офелией, тем сильнее понимал, что она — дар небес.

Мысль, что ее ублюдочный муженек скоро примчится сюда, заставляла скалиться в предвкушении. Скоро он расплатиться сполна.

Офелия будет рядом со мной, и это неимоверно успокаивало. Только знать ей о том, что между нами связь, пока ни к чему, как и о реальной сволочности ее супруга, что посмел украсть чужую истинную.

Выбор Офелии должен быть осознанным, и она должна сама захотеть отношений, без влечения и связи.

Я обустраивал мастерскую на свое усмотрение. Мне хотелось, чтобы ей понравилась новая рабочая зона, к организации которой я подошел со всей ответственностью.

Офелия медленно обвела взглядом мой городской особняк и остановила свой взгляд на мне. Я заметил, как ее глаза еще больше округлились. Умная девочка. Быстро сообразила, что попала. Вспыхнула как спичка, когда поняла, куда я ее привез. И даже в своем тихом гневе она просто бесподобна. Ее глаза горели возмущением, но я уже не отпущу.

— Я буду жить вместе с тобой? — негодовала она и была завораживающе красива в этот момент.

— Я уже сказал, что твоя безопасность сейчас на первом месте. Кто, как не я, может ее гарантировать?

Потерпи немного, девочка моя. Как только ты определишься со всеми чувствами ко мне, я откроюсь тебе полностью. Нам обоим нужно, чтобы ты сама приняла это решение.

Я открыл перед Офелией дверь ее личной мастерской. Если бы мой дракон не был усыплен мною, то он точно заурчал бы, словно большой кот. Лицо моей истинной и слегка приоткрытые губы в немом удивлении сильно порадовали меня. Ей явно все понравилось.

Она замерла в изумлении, кажется, даже перестав дышать. А потом моя пара нервно втянула в себя живительный кислород. Не нужно даже было смотреть в ее глаза, в которых наверняка бушевали азарт и желание все здесь изучить.

Чистый огонь побежал по моим венам. Офелия была приятно поражена. Я прислушивался к ритмам ее сердца, что сначала замедлило бег, а потом понеслось галопом. Мысленно я усмехнулся, но на моем лице, как обычно, не дрогнул ни один мускул.

— Проходи, Офелия, — тихо проговорил я и наблюдал, как дернулась ее спина.

Я приобнял ее, не желая выпускать из своих рук. Это было выше моих сил, но потом пришлось разжать пальцы. Время. Надо немного подождать.

Затем она слегка обернулась ко мне, но так и не посмотрела в мои глаза. Но уже этого было достаточно, чтобы я понял, что увиденное пришлось ей по душе. Затем девушка сделала пару медленных и робких шагов вперед и снова замерла, наблюдая, как ее ноги утопают в мягком ворсе ковра. Я специально оставил его, и плевать, что это всего лишь мастерская.

Офелия, повинуясь странному порыву, сняла обувь. А я, как идиот, завис над тем, как она маленькими изящными пальчиками, покрытыми жемчужным лаком, перебирает мягкий ворс.

Тем временем моя женщина уже более решительно направилась исследовать новую обстановку. Внезапный порыв ветра рванул невесомый тюль, и я снова замер. Ее волосы, убранные в высокий хвост, взметнулись вверх, открывая вид на тонкую и хрупкую шею.

Желание оставить там свою метку стало просто нестерпимым и обжигающим. Поэтому следует пока оставить ее в одиночестве.

— Осваивайся. Через час будет чай. Я приду за тобой. А потом покажу тебе твою комнату, — сказал я и вышел.

Офелия была настолько увлечена изучением новой мастерской, что я сомневался, что она услышала моих слов. Хотя я понимал, что стоило сначала показать девушке ее комнату. Но ее горящие энтузиазмом глаза говорили о том, что я поступил верно.

— Комната готова? — спросил я у Серафимы.

— Да, мой лорд. Вашей гостье понравится.

— Хорошо, — с облегчением произнес я, хотя никаких проявлений эмоций в присутствии своей пары себе не позволял.