Высидев за столом положенное время, чтобы не вызвать лишних подозрений, я, наконец, поднялась на ноги и произнесла как можно беспечнее:

— Я займу кабинет Алмира. Нужно разобраться с делами в поместье.

Снова взяв в руки темный конверт, который буквально обжигал мою ладонь, я покинула столовую, стараясь двигаться неспешно. И лишь после того, как за мной закрылась дверь, я подхватила юбки и понеслась вверх по лестнице, стремясь как можно быстрее прочесть очередное послание от опального герцога.

Закрывшись в кабинете, я дрожащими от волнения руками разорвала конверт и развернула послание, вчитываясь в текст.

«Уважаемая герцогиня (пока я все еще могу вас так называть),

Кое-кто из моих друзей сообщил, что мои дружеские приветствия немало взволновали вас и герцога. Не стоит так тревожиться понапрасну. Вы еще столь молоды, а нервное состояние плохо сказывается на здоровье и внешнем виде женщины. А я скромно напоминаю вам, что скоро вы можете вернуться на рынок невест. И только от вашего очарования будет зависеть, насколько удачную партию вы сможете сделать.

Я мог бы вам предложить свои услуги на этом поприще. Но боюсь, что моя кандидатура не окажется вам полезной в свете всего произошедшего за последнюю пару лет. Но, лишь из моей к вам искренней симпатии, я дам вам дружеский совет – позаботьтесь о своем состоянии и финансовом положении уже сейчас. Я даже дам вам подсказку, которая сумеет неплохо вас озолотить. Граф Эйвери хранил одну крайне занимательную семейную реликвию, с помощью которой вы можете не только обеспечить себя деньгами до конца жизни, но и достичь величия. И когда вы достигните своих вершин, не забудьте про верного друга, написавшего вам эти строки. Хотя, полагаю, к тому моменту мы уже встретимся лицом к лицу…

P.S. Можете оставить свои тщетные попытки, и не перерывать весь город в поисках моих помощников. Только потратите зря время. Лучше займитесь более полезными делами. Такими, как например, семейные реликвии.

С восхищением и любовью,

Ваш верный друг».

Как я и предполагала, после очередного письма от герцога Камерона вопросов осталось больше, чем ответов. Я не понимала, откуда герцог мог знать отца, а тем более такие подробности, как семейные реликвии, которые папа мог хранить. Но еще больше меня интересовало, о чем же конкретно толкует опальный герцог. Потому как, насколько я знала, ничего из ценных вещей рода не осталось еще при жизни моего деда.

Но все ли я знала о своей семье? Помнится, и завещание отца было крайне туманным и загадочным. Уж не та ли герцог Камерон угроза, от которой пытался защитить меня отец путем брака с Алмиром?

Ответов на эти вопросы я не знала. Зато их мог знать кое-кто другой. И таких людей было даже двое.

Поднявшись со своего места, я прошла к стене и потянула за шнурок. Не прошло и минуты, как в кабинет вошел дворецкий после короткого стука.

— Чем могут быть полезен, леди Гейрлейв? — услужливо поинтересовался он.

— Найдите, пожалуйста, Женевьеву и пригласите ее сюда, — приказала я.

Ханс заверил меня, что все сделает, поклонился и покинул кабинет. А я принялась считать минуты в ожидании той, что могла хоть немного пролить свет на ситуацию.

К тому моменту, когда Женевьева вошла в кабинет, я успела прокрутить в своей памяти, пожалуй, почти всю свою жизнь, начиная с раннего детства и заканчивая неожиданным замужеством. Но мне так и не удалось вспомнить ничего, что могло хоть как-то относиться к каким-либо семейным реликвиям.

Однако, как оказалось после смерти отца, граф Эйвери многое от меня скрывал. И ничего не мешало ему утаить еще один семейный секрет.

— Ханни, ты хотела меня видеть? — поинтересовалась Женевьева, проходя в кабинет и опускаясь в кресло напротив.

— Да, — кивнула я, — Ты знаешь что-нибудь о наших семейных реликвиях? Ты много лет работала в нашем доме. Возможно, что-то слышала или видела, или отец упоминал что-нибудь?

— Не припомню ничего такого, — покачала Женевьева головой.

— Ты уверена? — настойчиво уточнила я.

— Покойный граф был достаточно скрытным человеком. Сомневаюсь, что кто-либо в доме знал о каких-то реликвиях, если они и были. О чем там говорить, для всех нас стало настоящим откровением то, какой размер наследства оставил вам граф Эйвери. Мы и не могли подумать, что он владеет таким количеством денег.

— Понятно, — расстроенно выдохнула я, разочарованная тем, что мне так и не удалось хоть что-либо узнать.

— Что-то случилось? — поинтересовалась Женевьева, не к месту проявляя свою проницательность, — С чего вдруг ты задумалась о семейных реликвиях?

— Просто ностальгия по дому и прежней жизни, — вымученно улыбнулась я, надеясь, что домоправительница не заметила фальши в моем голосе.

— Все женщины проходят через это после замужества, — понимающе отозвалась Женевьева, — Нелегко покинуть отчий дом. А в твоем случае тоска вполне оправдана. Ты слишком рано потеряла обоих родителей.