Подхватываю на руки ноутбук и, чтобы не мешать новоиспеченным отцу и дочери, ухожу в другую комнату. Пробую сконцентрироваться на написании статьи, но голоса, доносящиеся из спальни, то и дело цепляют мое внимание на крючок.

Стоит признать, что, купив куклу, Булат мгновенно заработал кредит доверия. Дочка с охотой рассказывает ему о других своих игрушках и с энтузиазмом комментирует наряды, идущие в комплекте с Лизой.

Для двух лет у Амелии довольно развитая речь, но произношение все равно еще нечеткое. Булат понимает ее далеко не всегда и часто переспрашивает. Девочка повторяет по несколько раз, а, когда он снова ее не понимает, хохочет. Я тоже улыбаюсь, потому что ее смех, напоминающий переливчатый звон колокольчика, дико заразителен.

– Покажем маме! – взвизгивает Амелия.

А в следующую секунду я слышу приближающийся топот ее ножек.

– Мама, смотри! – она демонстрирует мне Лизу, на голове которой теперь красуется эффектная синяя шляпка, а в ушах торчат крупные пластмассовые серьги. – Нравится?

– Очень, – с чувством заверяю я. – Твоя Лиза настоящая модница!

В последующий час Амелька постоянно бегает туда-сюда. От Булата ко мне и обратно. Несмотря на явное отсутствие опыта общения с детьми, Кайсаров держится молодцом. Внимательно слушает дочь, задает ей вопросы и даже участвует в ее забавных девчачьих играх.

Я могу сколько угодно злиться на Булата за то, как он обошелся со мной в прошлом, но отрицать тот факт, что он бесконечно внимателен к Амелии, не имеет смысла. Прямо сейчас он показывает себя с лучшей стороны. Впервые за долгое время.

Слушая, как он общается с дочкой, ласково называя ее Принцессой, я невольно вспоминаю другого Булата. Патлатого загорелого мальчишку, которого знала в глубоком детстве. Искреннего, веселого, доброго. Не избалованного женским вниманием и не испорченного возможностями.

Говоря по правде, именно тогда я в него и влюбилась. Тогда поняла, что он особенный. А потом прошло время, и друг изменился… Стал самовлюбленным, нахальным, дерзким.

Он мне больше не нравился, но разлюбить его я была бессильна.

– Думаю, на сегодня хватит, – говорю я, обхватив пальцами дверной косяк. – Амелии пора спать. Иначе завтра с утра будут проблемы с подъемом.

– Еще чуть-чуть! – канючит мелкая, не желая отпускать гостя восвояси.

– Амелия, время девятый час, – произношу строго. – Мы с тобой договаривались.

– Дядя Булат, не уходи!

Но Кайсаров, надо отдать ему должное, не идет у нее на поводу и не подрывает мой родительский авторитет. Молча кивает и, вновь направив взгляд на Амельку, нежно поглаживает ее макушку:

– Сейчас тебе пора спать, малышка, но скоро я приду снова.

– Нет! – в девочке гудит протест.

Уж больно ей понравилось в компании Булата.

– Да, – мягко, но решительно произносит он. – Маму надо слушаться, Принцесса, а иначе она не разрешит нам встретиться еще раз.

Девочка поджимает губы. Смотрит на меня. Потом на Булата. Потом снова на меня и наконец сдается:

– Ла-а-адно…

Я даю им минутку на прощание и выхожу в прихожую, чтобы проводить Булата. Приближаюсь к трюмо и от нечего делать принимаюсь переставлять с места на место тюбики с косметикой.

– Мы все, – информирует Кайсаров, возникая сзади.

Вскидываю голову, и наши взгляды встречаются через зеркало.

– Хорошо, – киваю.

Какое-то время он молчит, сверля пытливым взглядом мое отражение, а потом вдруг добавляет:

– Она чудо, Дин. Ты отлично ее воспитала.

Ресницы почему-то вздрагивают. Я опускаю взор и едва слышно выдыхаю:

– Спасибо.

Слышу, как Булат прокашливается и переступает с ноги на ногу.

– Я приду в четверг? – вновь подает голос. – В это же время.

– Ладно.

– Может, что-то нужно? Из продуктов и вообще…

– Ничего не нужно, – отсекаю быстро. – У нас все есть.

– Как скажешь.

Он проходит мимо, обдавая меня приглушенным ароматом парфюма. Натягивает пальто и обувается. А я все стою перед трюмо и задумчиво порхаю пальцами по флакончикам духов не в силах поднять на него взгляд.

Вот вроде все хорошо. Даже лучше, чем я себе представляла. А на душе все равно как-то зябко и тоскливо…

Еще пару минут назад он был заботливым отцом нашей дочки, а сейчас собирается и уходит. В другой дом. К другой женщине, с которой его связывает нечто большее, чем просто общие обязательства. Он любит ее. По-настоящему. Они поженятся, нарожают детей и будут бескрайне счастливы…

А что будет со мной?..