— Раньше он был настоящим негодяем, но за то время, что ты уехала, он часто приходил ко мне и сожалел о том, что произошло раньше...

— И ты этому веришь? — Светлана резко прервала ее, она глубоко задумалась над сказанными словами. — Мама, как ты можешь доверять его льстивым речам? Ты должна знать, он бросил вас, и Лилию Антоновну. Он безжалостный человек. Как вы можете верить всему, что он скажет?

Виктория Александровна оставалась невозмутимой:

— Я приняла решение.

Светлана прислонилась к стене и посмотрела на мать:

— Итак, сегодня ты не спрашиваешь моего совета?

— Да, я знаю, что делаю, — она крепко сжала руки, чувствуя грусть и вину перед дочерью:

— Прости, я заставила тебя страдать....

— Меня не волнуют эти мелочи, я боюсь, что Макар снова навредит тебе!

— Я все понимаю! — мать подошла, пытаясь дотронуться до ее руки, но дочь ее оттолкнула, не желая смотреть на нее.

Виктория Александровна скрестила пальцы и уверенно сказала:

— Я приняла твердое решение!

Не было пути назад, даже если дочь была не согласна, она ничего не могла поделать:

— Я перееду сегодня!

— Почему ты так торопишься? — Света не могла понять, как можно легко простить такое отношение. — Ты забыла об Артеме? — она не хотела упоминать об этом, но, столкнувшись с настойчивостью матери, ей пришлось это сделать.

Сердце Виктории Александровны затрепетало, когда она услышала это имя. Она не забыла сына и никогда в жизни не забудет. Именно поэтому, она должна снова выйти замуж за Макара. Виктория крепко сжала руки, смерть сына была вечной болью в ее сердце, она чувствовала себя еще более виноватой перед дочерью.

— Мы уже расписались, — Виктория Александровна неожиданно сообщила.

Светлана вытерла лицо от слез и разочарованно улыбнулась:

— И ты уверена в своем выборе? — она высморкалась, — как твоя дочь, я не имею права обвинять тебя в чем-либо, но мы так много лет зависели друг от друга. Ты должна была спросить мое мнение!

— Прости меня.... — кроме этих слов, мать не знала, что еще ей сказать

— Мне не нужны твои извинения. Это твое право. Мне все равно. Ты можешь делать все, что захочешь, — Светлана беспомощно махнула рукой. Она больше не могла здесь оставаться. Она боялась, что сойдет с ума или скажет что-нибудь обидное.

— Дочь моя....

— Ничего не говори... — Света, спотыкаясь, вышла из комнаты.

Она не могла принять решение матери, но поняла, что ничего уже не изменить. На столе стоял стакан с водой, она вылила его, вода уже давно остыла. Она вздрогнула, на сердце было тяжело. Почему? Зная, что Макар не принесет ей счастья, зачем было пытаться еще раз?

— Зачем это все? — она держалась за стол обеими руками.

Кто-то медленно обнял ее за плечи, и она подняла голову.

— Что случилось? — Дмитрий вытер жене слезы.

После его слов слезы полились еще сильнее.

Она бросилась в его объятия, плечи продолжали дрожать. Он гладил ее по спине и молча успокаивал, боясь спросить причину.

Виктория Александровна открыла дверь и увидела их. Она опустила глаза:

— Позаботься о ней! — сказав это, она собралась выходить с сумкой в руке.

— Мама, куда ты идешь? — спросил Дмитрий. — Уже очень поздно.

Прежде чем мать ответила, Светлана крикнула:

— Пусть идет!

Глаза Виктории Александровны покраснели, как будто она плакала. Она уже решила, что не пожалеет о своем выборе и не отступит.

— Света много настрадалась вместе со мной. У нее было тяжелое детство. Хорошо позаботься о ней.

— Мне это не нужно! — глаза дочери наполнились слезами. — Если ты все еще помнишь через что мы прошли, ты бы не вышла за этого человека! Ты хочешь снова сойтись с ним, тебе наплевать на мою жизнь, ты думаешь только о себе!

Жена очень волновалась, все ее тело дрожало. Дмитрий крепко обнял ее.

— Успокойся.

— Как я могу успокоиться? У Макара в голове только прибыль, он не умеет любить! А сейчас он подлизывается к моей маме, она думает, что он изменился и стал лучшим, но это не так! Это невозможно!

Мать посмотрела на взволнованную дочь, вздохнула и, ничего не объясняя, повернулась и вышла. Когда дверь закрылась, Света закричала громче:

— Куда вообще она смотрит!

Дмитрий чувствовал, что Виктория Александровна давно все рассчитала. Светлана была так взволнована, что не смогла бы понять его объяснения. Он мог только обнять ее и утешить.