– Ну, ты уже даже отца моего умудрился уговорить. Разве могу я после этого отказать? – хотя притворялась, что сердиться, в уголках губ девушки сверкала улыбка.

Лично Сунан считал, что хотя они и состояли теперь с Марией в официальных отношениях, но все еще были некоторые моменты, в которых он сначала должен был получить разрешение ее отца.

– Маша, твои родители должны это знать, – он вдруг взял ее за руку, обратив на нее серьезный и очень искренний взгляд. – Мои родители рано умерли, мне всегда хотелось иметь свою полноценную семью. И поэтому я хочу относиться к твоим родителям, как к своим собственным. Даже если бы ты согласилась поехать со мной, без их разрешения я бы не стал увозить тебя.

Поджав губы, он продолжил:

– Каждый родитель любит своего ребенка. Если бы они не согласились, значит, у них были бы на то свои причины. Но главное здесь – что они делают это с позиции родителя, а значит, желают тебе, как своему ребенку, только самого лучшего.

Мария внезапно встала на цыпочки, обвив руками его за шею. Сунан опустил руки, обняв ее за талию. Девушка положила подбородок ему на плечо со словами:

– Теперь я, наконец, поняла, почему мой отец так верит тебе. Пускай ты полный профан в делах сердечных, но умеешь подкупать, заставляешь старшее поколение буквально влюбиться в тебя, – в глубине души девушка не могла не согласиться с его словами.

– Что значит «профан в делах сердца»? – хотя он уже достаточно хорошо подтянул свой русский, но все еще не понимал художественных выражений, которые не так часто встречались в повседневной речи. Даже несмотря на прочитанные стопки книг, ему все-таки сложно было охватить весь объем информации на иностранном для него языке. Как говорится, «век живи, век учись».

– Ты не понял?

Сунан честно кинул.

– Но я не собираюсь говорить тебе забесплатно. Хочешь знать, нужно заплатить за обучение…

– Что вы тут делаете? Вы позавтракали? – внезапно перед ними возникла фигура Павла, прислонившегося к дверному проему и внимательно наблюдавшего за развернувшейся «драмой».

Мария тут же убрала руки, зыркнув на брата:

– Когда подходишь, можешь хоть какие-то звуки издавать? А то, как призрак, я сильно испугалась!

– Если бы я так сделал, не смог бы увидеть тебя в таком помешанном состоянии. – Павел явно намеренно подшучивал над сестрой.

– Я это запомнила! Когда у тебя появится женушка, я буду над ней подшучивать! Нет, я буду над вашими детьми подшучивать!.

Павел, и сам не зная почему, стоило услышать «дети», тут же захотел сорваться с места и отправиться к Ноне. Изначально он собирался прийти к ней после того, как восстановится, но почти сразу случилась другая трагедия – смерть Вениамина Родионовича. Кроме того, у Виктории Александровны сильно пошатнулось здоровье, поэтому, если бы он из-за личных дел ушел, оставив семью справляться самим, это было бы слишком эгоистично с его стороны.

Обычно семейными делами заведовал Виктор, поэтому он, как старший сын, чувствовал угрызения совести за то, что, стоило вырасти, он покинул родителей, которые столько для него сделали. Бабушка же лично воспитывала его с малых лет, а сейчас она в таком состоянии, что никто не знает – сколько еще женщине осталось. Павел просто не посмел бы совершить столь эгоистичный поступок и покинуть ее в этот критический момент.

Получив разрешение семьи, Мария, в итоге, согласилась на предложение Сунана. И вот они уже стояли на посадку, когда она ответила на звонок. Звонил Семён:

– Моя мама больна, ей осталось немного. Но прежде, чем она покинет меня, я хотел бы встретиться с ним.

Мария замерла, стоя в зале аэропорта. Сжав телефон в руке, она ошеломленно выдавила:

– Что случилось с твоей мамой?

– Рак, последняя стадия. Хотя ее все это время лечили, но особого эффекта это не дало. Доктор сказал, что пора готовиться к худшему. Я знаю, что у него есть своя собственная жизнь, и я правда не собираюсь как-то в нее влезать и беспокоить его. Но я просто хочу, чтобы отец знал о моем существовании.

Мария тут же отозвалась:

– Я поняла. Пришли адрес, я приеду вместе с ним.

– Уверена, что он пойдет с тобой?

– У меня есть свои способы. Он точно придет.

– Ладно.

Договорив, Семён положил трубку и тут же отправил ей адрес.

– Пошли, – подтолкнул ее Сунан.

Но Мария лишь виновато взглянула на него:

– Похоже, я не смогу полететь с тобой. У меня появилось одно неотложное дело.