Последняя фраза Даниила его зацепила. Он не хотел вновь ей навредить.
— Один месяц.
Так Даниилу сказала Мария. Месяц, не больше.
Глава 941 Расследование завершено
Даниил наконец добился своего и выиграл Марии время. Георгий долго упирался, но в конце концов сдался. Находиться с Марией в одном мире уже было для него счастьем, и он не хотел обременять ее своими переживаниями.
Однако месяц казался непреодолимой пропастью между ними. Все это время Георгий засиживался на работе допоздна, а иногда и вовсе безвылазно сидел в офисе несколько дней, сам руководя делами.
Скандал в новостях и падение акций не на шутку взволновали сотрудников. Однако видя, как директор сидит в кабинете и занимается делами, они проникались к нему все большим доверием. Им казалось, что начальник делает это ради компенсации убытков. Однако на самом деле его мучила бессонница.
Приближался конец месяца.
Георгий вернулся в особняк, чтобы помыться и впервые за несколько дней сменить одежду. Лишь мысль о том, что Мария жива, позволяли ему спокойно перемещаться по дому, где они вместе провели бесчисленное количество ночей.
Он помылся и подошел к шкафу. Прежде, чем открыть его, Георгий заметил прилепленный к нижнему ящику листок и с интересом отклеил. Развернув, он тут же узнал бумажку – результат УЗИ. Дата стояла прошлогодняя. Это был день их развода. В глаза у него потемнело, и мужчина принялся внимательно изучать каждое слово: Гусева Мария Дмитриевна, результат УЗИ, беременность, семь недель.
Георгий застыл и даже, казалось, стал реже дышать. Руки дрожали, кадык принялся скакать вверх-вниз. Она была беременной?
Это новость его ошарашила и взволновала. Захочет ли она рожать ребенка после того, что он сделал?
В груди щемило. Георгий скрючился, схватился рукой за край кровати и медленно опустился. Однако легче не становилось. Что могло облегчить сердечную боль? А еще он злился на Марию. Почему она не рассказала? Если он знал, то не стал бы…
В этот момент завибрировал лежащий на кроватной тумбочке телефон
Георгий, словно не замечая, не двигался и пытался понять источник звука. Он слишком глубоко погрузился в боль и переживания и не сразу смог прийти в себя.
Прошло больше часа, но Георгий так и не смог собраться с мыслями. Однако вдруг раздался дверной звонок. Раз. И еще раз.
Тихон звонил Георгию на мобильный, но тот не ответил. В офисе он узнал от секретаря, что начальник вернулся в особняк, поэтому он сразу направился нужна. Машина Георгия действительно стояла у ворот, обозная его присутствие.
Теперь Тихон без устали трезвонил в дверь. Он уже начинал волноваться. Вдруг Георгий сорвал себе здоровье переработками и бессонницей и теперь лежал без сознания?
Мужчина снова зажал звонок, но никто не пришел. Тихон достал телефон, добираясь вызывать взломщиков, но тут замок в двери наконец щелкнул, и из-за двери показался Георгий.
— Ты в порядке?
Звонки Тихона вывели Георгия из оцепенения и слегка привели в чувство.
— Ты чего здесь? – голос его звучал хрипло.
— Вам плохо? Ужасно выглядите, — осмотрел начальника Тихон.
— Все нормально. Уходи, — он не был настроен на разговор. Он хотел остаться один. Никого не желал видеть.
Тихон наконец завершил расследование аварии и, взвесив все за и против, все же решил обо всем рассказать:
— Я завершил порученное тобой расследование.
Георгий резко обернулся. Собравшись с духом, Тихон произнес:
— Машину совершенно точно вел Итон Андоров.
Это Георгий уже знал. Итон вел машину, а внутри сидели Мария и его мать. Авария была страшная: машина упала с моста.
Чудо, что Итон с Марией вообще смогли выжить. И все же его мать, домработница, умерла. А Дмитрий после этого прислал деньги.
Дмитрий хотел хотя бы частично компенсировать смерть родственника. В конце концов женщина попала в аварию, сидя в машине его семьи. Он заплатил немаленькую сумму, чтобы хоть как-то утешить ее семью.
Георгий тогда был еще ребенком и мало что понимал. Он лишь знал, что матери не стало и что погибла она в машине Гусевых. А Гусевы дали ему денег, чтобы подчистить хвосты. Георгий всю жизнь так считал. К тому же через какое-то время после смерти матери он снова повстречал Марию Гусеву, которая гуляла с родителями и вся прям светилась счастьем, идя в школу. Он же страдал от потери самого родного для него человека.