– Раз Вы думаете, что это рискованный вопрос, не стоило и спрашивать.

Сказав, он спустился по ступенькам и направился к стоявшей у дороги черной машине.

Мария подняла глаза к небу. Она невольно улыбнулась холодной улыбкой. Притворяться в эту минуту?

– Георгий Евгеньевич. – Позвала его Мария. Девушка осторожно спустилась по лестнице на своих высоких каблуках, сняв пиджак, она передала вещь ему: – Я не ношу чужую одежду.

Георгий взял пиджак. Мария повернулась и увидела выходившую из зала Людмилу. Она сделала вид, что подвернула ногу:

– Ай!

Георгий решительно схватил ее, она ловко обхватила его шею, на лице девушки был ужас и удивление. Расстояние было слишком близким. На Марии было лишь вечернее платье из легкой ткани, на Георгии – рубашка. Такое близкое прикосновение, объятие заставило его почувствовать тепло, которое незаметно поднималось все выше. Он сжал руку еще сильнее.

– Маша. – Сорвалось с его губ.

Мария сначала хотела вырваться, но, увидев Людмилу, бросившуюся к ней и не задумывавшуюся о производимом впечатлении, она замерла, не произнося ни звука. Она сделала вид, что потеряла сознание от испуга, и прижалась к его груди. Она изменила внешность, но ощущения, тело нельзя изменить.

Георгий наслаждался этим знакомым, но давно забытым чувством. Потеряв контроль, он прижался лицом к груди Марии и прохрипел:

– Я так соскучился по тебе.

– Геша! – На Людмилу было страшно смотреть.

Видя ее взволнованный вид, Мария холодно усмехнулась. Сделав вид, что только очнулась, она поспешила оттолкнуть мужчину.

Георгий не был готов к этому и сделал шаг назад. После короткого замешательства он собрался с мыслями:

– Госпожа Лукъянова, с Вами все в порядке?

– Спасибо, Георгий Евгеньевич, со мной все в порядке. – Улыбнулась девушка.

Людмила посмотрела на Георгия:

– Нам пора возвращаться.

Георгий не ответил. Его взгляд на Марию не стал таким равнодушным, в нем отражались сложные чувства. Почему он чувствовал к ней подобное?

– Геша… – Людмила заметила, что с ним происходит неладное, и протянула руку, чтобы дотронутся до него. Но Георгий оттолкнул ее и повернулся, чтобы уйти. В этот момент в его мыслях творился полный хаос. Как он мог вести себя так с женщиной, которую видел пару раз в жизни? Видя, что Георгий подошел, водитель поспешил открыть дверь. Тот, нагнувшись, сел в машину.

Людмила посмотрела на Марию и предупредила:

– Держитесь от нашего Георгия Евгеньевича подальше.

– Разве он ваш?

Людмила вдруг сжала кулаки.

– Мой или не мой, у Вас нет такого права.

– Насколько я знаю, Георгий Евгеньевич совсем не любит Вас? – Семён медленно спускался по лестнице с коробкой в руках. Он продолжил подколки: – Как мне известно, его жена умерла год назад. Если Вы ему нравитесь, почему он не женится на Вас?

Людмила прикусила губу и с ненавистью посмотрела на идущего к машине Семена.

– Все в порядке? – Спросил Семён, взглянув на Марию.

Девушка покачала головой.

–Поехали и мы. – Он протянул руку, чтобы поддержать Марию. Коснувшись ее руки, он понял, насколько она холодная. Семён снял пиджак и набросил ей на плечи.

– Спасибо.

– Я видел, как ты вела себя только что.

Ты до сих пор любишь его?

– А ты как думаешь?

– Я не знаю, такая вещь, как чувства, мне непонятна.

– Если только я лишусь рассудка. – Решительно ответила Мария. Никогда в жизни она больше не полюбит его.

– А если однажды он упадет на колени перед тобой? – Спросил Семён, открывая дверь машины.

Мария остановилась:

– Даже если он умрет, мое сердце не растает!

– Запомни эти слова. – Семён поднял вверх большой палец.

Мария похлопала его по руке.

– Как скучно.

Улыбнувшись, Семён забрался в машину.

Тем временем Георгий вернулся домой. Людмила сказала:

– Я пойду с тобой.

– Не нужно.

– Геша…

– Уже поздно, возвращайся. – Договорив, он велел водителю отвезти ее.

Людмила вышла вперед, чтобы пройти внутрь вместе с Георгием. Но водитель удержал ее:

– Девушка, наш Георгий Евгеньевич уже сказал, чтобы Вы возвращались. Лучше Вам поехать назад.

Она неохотно осталась на месте и стояла до тех пор, пока тень Георгия не исчезла.

Георгий жил здесь этот год. После развода он ни разу не возвращался в дом, где прожил с Марией три года.