Стас улыбнулся, крепко схватил ее за руку и поцеловал. Скрестив руки, они шли в обнимку.

— Итак, найдем подходящий тату салон. Набьем тебя на моем сердце. Попрошу мастера использовать свои самые лучшие краски, чтобы ни в коем случае нельзя было смыть.

— Какие? — подтрунивала Кира.

— А вот мы его и спросим, — улыбнулся Стас.

— Он подумает, что ты ненормальный, — Кира отказывалась идти в тату салон.

— С чего бы?

Кира осмотрела его с ног до головы:

— Да ты только взгляни, типичный ненормальный!

После чего она быстро убежала.

— А ну стой! — Стас помчался за ней.

— Нет! — обернулася Кира.

Стас быстро догнал ее. Он налетел на нее сзади и обнял.

— Не убежишь! — Стас тихонько коснулся ее щеки губами. Кира оттолкнула его лицо.

Он ухватил ее за талию.

— Пошли домой.

— Давай пойдем пешком, я хочу прогуляться.

Стас не стал возражать, до дома было совсем недалеко.

Спустя примерно полчаса они добрались до дома. Где-то вдалеке они заметили два знакомых лица, прогуливающихся туда-сюда возле главного входа.

Кира толкнула слегка Стаса и указала на тех двоих:

— Смотри, видишь два человека у входа?

Стас посмотрел в направлении, что указала Кира. Действительно, у входа прогуливались два человека — стороны дела о погибшей девушке — мать и брат.

— Неужто ждут тебя?

— Вероятно, — Стас взял Киру за руку и перешел дорогу.

— Здравствуйте, — увидев Стаса, женщина сделала пару шагов ему навстречу.

— Что случилось? — спросил Стас.

Лицо женщины помрачнело, выражение лица ее сына тоже стало печальным.

— Дело вот в чем… — она смотрела на Стаса, но язык не поворачивался продолжить.

— Мне надо поговорить с Вами, — заметив, что маме было трудно закончить фразу, сын подошел вперед и произнес, поддерживая за руку матери. — Мы не будем подавать в суд.

— Почему? — Стас пришел в непонимание. Раньше они бранились на чем свет стоит, хотели добиться справедливости для умершего, почему сейчас они внезапно изменили свое решение?

— Не почему, просто не будем подавать иск, — сказав это, сын потянул мать за собой на выход.

Стас остался стоять неподвижно, про себя он догадывался, что под властью и могуществом семьи Лукомских они отступили. Он взялся за это дело против воли и сопротивления всех остальных юристов, хотел помочь им, не отступал, но вышло наоборот — они первые поджали хвост.

— Спасибо Вам, что взялся за наше дело. Многие не хотели навлечь на себя лишних проблем и держались от нас подальше. Мы не будем подавать иск, не потому, что мы смирились, а потому мы хотим выжить. Если мы подадим в суд, мы останемся без средств к существованию, — сделав несколько шагов, женщина вырвалась от сына, повернулась и поклонилась Стасу.

Когда пожилая женщина говорила, из ее глаз потекли слезы. Они были простыми людьми из простой семьи, ее дочь вышла за Лукомского замуж только благодаря тому, что была очень красивой. Узнав, что бывшая теща собирается подать на него в суд, Лукомский оказывал на них давление. Теперь, ее сын и невестка остались без работы.

— Мы не в силах тягаться с Лукомскими. Ничего страшного, что пострадали наши взрослые. Но мой внук еще молод, ему нужно получить учебу, нельзя подвергать опасности его будущее из-за умершего, так что мы не будем подавать иск в суд. — Утерев слезы, пожилая женщина подняла голову на Стаса и добавила, — но я хочу вас отблагодарить.

Она была растрогана до слез тем, что зная, что их дело очень трудное, Стас все равно оказал им доброту.

— Наш внук поступил в хорошую школу благодаря помощи Лукомских, но теперь его могут отчислить в любое время. Простите.

Чтобы выжить, им нужно прекратить все конфликты

Не навлекать на себя гнев Лукомских. Таков закон джунглей этого мира, в котором нет места справедливости.

— Я все понимаю, — сказал Стас.

— Благодарю Вас, — женщина многократно от всего сердца выражала адвокату благодарность.

— Не нужно меня благодарить, ведь я ничего не сделал. Раз вы все обдумали, я не буду настаивать, но потом не смогу помочь, берегите себя.

— Благодарю Вас, адвокат Романенко, я... — сын женщины хотел что-то сказать, но, запнувшись, не стал этого делать, а лишь молчал.

Он прекрасно знал, что его сестра погибла из-за Лукомских, но ради выживания он готов был вытерпеть унижения от них.