Внешний и внутренний вид клиники запомнился слабо. Запомнились лишь белые стерильные помещения. Сам врач не в привычном халате, а в комбинезоне. Его методы осмотра чем-то напоминают битву экстрасенсов. Он водит руками, подносит к моей голове кристаллы, а в конце сканирует меня каким-то лазером и смотрит в планшет.

— Несомнения повреждения были и довольно сильные. Однако их устранили. Остались лишь следы лечебного воздействия. — с задумчивым видом заключает доктор. — Очень тонкая и искусная работа. Где, Вы, говорите, проходили лечение?

— В Роскасе. Я пришлю Вам данные врача, если нужно. — отвечает за меня Аластор. — Но у нее был приступ неконтролируемого смеха. Может ли это быть вызвано травмой?

Я сижу притворяясь ветошью. Чувствую себя как сдувшийся воздушный шарик и мне совершенно ничего не хочется. Только отстранённо наблюдаю за их беседой, на автомате фиксируя происходящее вокруг.

Доктор опускает взгляд и сверяется с данными в планшете.

— По вашим же словам, девушка — иномирянка, прибывшая в наш мир недавно. Полагаю, кроме аварии она столкнулась и с другими неприятностями. — он полувопросительно высказывает свои догадки, и брюнет кивает, подтверждая его слова.

— Это реакция на стресс. Я выпишу вам рецепт легкого седативного. Можете приобрести на первом этаже. Юной мисс следует его принимать по необходимости. Регулярно не стоит. Как только она адаптируется к новым реалиям, то необходимость в препарате отпадет сама. В остальном же рекомендую хорошо питаться и спать не менее восьми часов.

По пути в отделение мы внезапно свернули к уютному ресторанчику. В отличии от других зданий, он был двухэтажный и напоминал мне нашу привычную архитектуру.

Аластор приглашающе открыл передо мной дверь. Предложив руку, он повел меня ко входу.

Эмоции, отступившие на время, теперь возвращались. Поэтому я, не сдержав любопытства, спросила:

— Почему мы здесь? Я думала, мы едем в отделение жандармерии.

— Врач сказал, что тебе необходимо хорошо питаться. Думаю, ты едва ли что-то сегодня ела, кроме того перекуса утром. Да и я, признаться, проголодался.

Я смущенно покраснела от его слов в животе тревожно заныло, и я мысленно попросила желудок молчать. Не хватало громыхать голодным нутром на весь ресторан.

Местных блюд я не знала и всецело доверилась вкусу моего компаньона. Нам подали крем-суп с какими-то розовыми губчатыми кусочками. На вкус они напоминали раков, сам же суп был нейтрально-сливочным.

— Почему Вы обняли меня в кабинете? — нарушила я тишину.

Этот вопрос волновал меня. Тогда мне показалось, что он псих. Сейчас же, глядя на спокойного красавца напротив, эта версия казалась сомнительной.

— Потому что едва не сошел с ума, когда ты исчезла. Думал, что тебя похитили. Только позже, расспросив работников ресторана, узнал, что ты сама убежала. — его голос звучал ровно, как и всегда. Лишь во взгляде чувствовалась какая-то боль и тоска.

— Извините. — прошептала в ответ. — Я боялась, что врачи раскроют мой обман. И не знала, как со мной поступят, если раскроется правда о том, кто я. Но всё-таки я не понимаю, почему Вы так беспокоились о практически незнакомой девушки?

Он поморщился от моих слов.

— Утром мы вроде перешли на ты. — обвиняющие заметил он, а от этих воспоминаний щеки вспыхнули. Я весь день буду вспоминать сегодняшнее утро?

— Не уходи от ответа. — ровно попросила я.

— Я не ухожу. Наделся сказать это после обеда, но раз ты настаиваешь.

Он повернулся к своему пиджаку и покопошился в карманах.

— Дарья, ты моя пара. Мой зверь выбрал тебя и теперь будет оберегать до самой смерти. — он встал на одно колено и открыл бархатную коробочку с кольцом. — Выходи за меня!

______________________________________________

Клянусь, я не ожидала, что холодный Аластор может быть таким порывистым. Но после того, как я написала эту главу, мне понравилось. А как вам такой поворот?

Я сижу и не знаю, как реагировать на этот спектакль. Поэтому тихонько тянусь к коробочке с седативным и беру сразу два пастилки для рассасывания.

Мужчина стоит передо мной на колене и протягивает шикарное кольцо. Гости в ресторане поглядывают на нас и шепчутся.

— Аластор, это у Вас такой розыгрыш? — намерено перехожу на Вы. — Или Вы решили окончательно добить мою нервную систему?

Мужчина внимательно рассматривает мою лицо. Лицо, минуту назад бывшее безэмоциональной маской, озаряется широкой улыбкой.

— А Вас не так просто вывести из равновесия. — он тоже переходит на Вы. — На самом деле я хотел спросить Ваше женское мнение насчет кольца. Но не сдержался и действительно решил разыграть Вас.

Слова мужчины одновременно успокаивают и совсем слегка расстраивают. Всё-таки мое эго разрослось бы до непомерных размеров, если бы этот красавец действительно похвал бы меня замуж.