– Я должна поселиться здесь и делать вид, что держу тебя под любовными чарами. Таков приказ леди Гермионы, и я не могу ее ослушаться. Но я не трону тебя и оставлю тебе твое горе, дам возможность оплакать твою дорогую Альфину так, как она того заслуживает, – если ты дашь слово, что сохранишь обстоятельства ее смерти в тайне и не сдашь нас городской страже.

– Но я не хочу видеть вас здесь! – простонал Альдрих. – Я хочу Альфину!

– Уверяю вас, я тоже не хочу жить здесь, – ответила Габриелла, – Но поскольку выбора у нас нет, я обещаю сделать наше принудительное совместное существование настолько безболезненным, насколько это возможно. – Она положила руку на плечо Альдриха. – Вот. Я клянусь, что ты будешь видеть меня так же часто, как я вижу солнце. Даешь ли ты свое слово?

Альдрих печально покачал головой.

– Кажется, я должен его дать. У тебя есть мое слово. Но... но что мне говорить о смерти Альфины? И как объяснить ваше присутствие здесь?

Габриелла испустила почти неслышный вздох облегчения.

– Обдумаем это все завтра утром. А сейчас, если вы прикажете слугам отнести мои вещи в комнаты Альфины, я оставлю вас наедине с вашей скорбью.

Наверху было еще больше слез – камеристка Альфины, Имма, любила госпожу ничуть не меньше, чем муж, – но Габриелла быстро успокоила девушку. У графини не было времени терпеливо уговаривать ее, как герра Альдриха.

– Не плачь, дитя, – сказала Габриелла, поглаживая ее руку; Ульрика тем временем переодевалась в костюм для верховой езды в дальнем конце комнаты. – Мы будем пить твою кровь так же, как это делала твоя госпожа. Не бойся. Теперь расскажи мне, почему Альфина вышла из дома, хотя Гермиона строго-настрого запретила всем это делать? К Альфине кто-то приходил? Может, ей передали записку?

– Я... я не знаю, госпожа. Ничего такого я не видела.

– И Альфина ничего не говорила перед уходом?

Служанка покачала головой.

– Сегодня вечером она приложилась ко мне от души. Я только недавно проснулась. Я даже не знала, что она ушла.

Девушка снова разрыдалась. Габриелла так сильно сжала руку Иммы, что та вскрикнула.

– Хватит уже слез. Послушай меня. Ты знаешь, где находится бордель мадам Дагмар? Можешь объяснить Ульрике, как туда добраться?

Девушка фыркнула и высморкалась в платок.

– Не знаю. Но Уве, кучер герра Альдриха, тоже был донором моей госпожи. Он всюду ее возил.

– Очень хорошо, – сказала Габриелла. – Тогда мы разбудим его.

Графиня повернулась к Ульрике, которая как раз пристегивала к поясу свою старую кавалерийскую саблю.

– Не подведи меня, любовь моя, – сказала Габриелла. – Держи себя в руках. Если тебя схватят здесь, я не смогу тебя защитить – на Нульн мое влияние не распространяется, здесь тебе не Сильвания.

Ульрика отвесила четкий и резкий поклон на коссарский манер.

– Я не подведу.

Спускаясь вслед за Иммой к конюшням, девушка с трудом удерживалась от радостного вопля. Свобода! И у нее есть задание!

Наконец-то!

ГЛАВА 6

ЗАПАХ СМЕРТИ

Кучер герра Альдриха, конечно, знал дорогу. Через ворота Альтештадта он доставил Ульрику в университет – Имперская оружейная палата и Инженерный колледж возвышались над крышами остальных домов, подобно задумчивым великанам. Дальше путь лежал на юг, в Гандельбезирк – купеческий район средней руки. Здесь сосредоточилась вся деловая жизнь Нульна. На стенах высоких каменных зданий, мимо которых проезжала карета, висели гербы и торговые знаки коммерческих компаний, бирж, цеховых гильдий и адвокатов. Стояла глухая ночь, и все продавцы уличных газет и амулетов разошлись по домам. В квартале царила тишина, разве что мелькнет фигура одинокого прохожего да патруль городской стражи со своими длинными дубинками и фонарями в руках совершит обход, хлюпая по снежной каше. Когда карета углубилась в переулки, стало еще тише. Здесь находились частные особняки, не такие красивые и надежные, как в Купеческом квартале, но все еще вполне респектабельные, с настоящим стеклом в окнах и свежей краской на дверях.

«Если “Серебряная лилия” находится в этом квартале, – подумала Ульрика, – это высококлассное заведение для избранного круга».

Миновав еще несколько улочек, кучер остановил экипаж.

– Прямо за углом, леди, – сказал он.

Нервно улыбаясь, Ульрика поднялась и открыла дверь, затем осторожно оглядела улицу в обоих направлениях. Было темно и тихо. В такое время все бюргеры мирно спят в кроватях со своими женами. Ульрика вышла из кареты и направилась к перекрестку.

– Мне подождать, госпожа? – прошептал кучер. – Сложновато вам будет добраться обратно в Альтештадт пешком.

Ульрика оглянулась, замедлила шаг. Казалось разумным попросить кучера подождать, но она по горло пресытилась каретами, платьями, париками и реверансами. Самостоятельно найти путь к дому Альдриха было бы гораздо интереснее.

– Езжай, – сказала она. – Я не знаю, как долго тут провожусь.

– Как пожелаете, госпожа, – ответил кучер и начал разворачивать лошадей.