Клубок распался на черных лохматых змей, они просочились сквозь щели в дверях кареты и исчезли.

– Ты сам этого хотел! – донеслось снаружи. – Хорошо, ребята! Готовы? Огонь! Ночь наполнилась шипением и мягкими хлопками – но выстрелов не прозвучало.

– Огонь, я сказал!

– У меня порох просыпался.

– А у меня боек заклинило...

Графиня улыбнулась.

– Это новомодное оружие такое капризное...

– В атаку! – взревел Родрик.

Ульрика, вцепившись в скамью, слушала грохот копыт, звон стали и хриплые крики воинов.

Она повернулась к графине и взмолилась:

– Пожалуйста, госпожа. Позвольте мне защитить вас!

Габриелла усмехнулась.

– Не защитить меня ты хочешь. Все, чего ты хочешь, – обагрить когти кровью.

Она покачала головой.

– Нет. Я сказала, что ты должна обучиться ламийскому способу решения вопросов, здесь он работает не так. Мы – леди. Мы позволяем мужчинам делать грубую работу.

– Но...

– Именно потому, что тебе так хочется этого, этот порыв нужно обуздать, – перебила ее Габриелла. – Сила не приведет к успеху в нашем обществе.

Ульрика откинулась на скамейке и сердито скрестила руки на груди.

– Я – воин. Я рождена применять силу!

– Ты была воином, – поправила графиня.

Ульрика слушала доносящиеся снаружи звуки свирепой битвы, и гнев и жажда крови вскипали в ней все сильнее.

Проклятия, крики, лязг оружия, грызущего плоть, заполнили ее уши. Она жадно вдыхала запахи страха, ярости и льющейся крови. Ульрика покосилась на сидящую рядом Габриеллу – лицо графини оставалось бесстрастным. Неужели она ничего не чувствует и песнь битвы не горячит ее? Или же Габриелла просто держит себя в руках более умело, чем Ульрика?

Но когда снаружи вскрикнул, изрыгая проклятия, Родрик и раздался чей-то голос: – Господин, вы ранены? – и затем: – Защитите его! – графиня выругалась по-бретоннски.

Ульрика снова повернулась к ней.

– Госпожа, пожалуйста. Позвольте мне помочь ему. Пожалуйста!

Габриелла быстро прикусила губу. В выкриках рыцарей слышалось отчаяние. Графиня твердо кивнула:

– Что ж, попробуй.

Ульрика вскрикнула с облегчением и повернулась к двери.

– Но ты должна убивать бесстрастно, – крикнула графиня ей вслед. – И кровь не пей!

– Да, госпожа, – откликнулась Ульрика, распахнула дверь и выскочила в ночь.

Снаружи кипел бой. Запах крови ударил Ульрику, как если бы она оказалась рядом с кузницей в момент, когда взорвался горн. Тощие тела в потрепанных кожаных куртках валялись на снегу, один из графских пони, тянувших телеги с багажом, лежал мертвый, как и его кучер. Конные рыцари столпились перед каретой Габриеллы, защищая упавшего Родрика, вокруг валялись трупы разбойников. Ульрика не заметила живых врагов, но все рыцари подняли исцарапанные арбалетными болтами щиты с торчащими из них стрелами.

– Сложите оружие, господа, – крикнул из леса предводитель разбойников. – Или мы сейчас пристрелим всех ваших лошадей.

Ульрика все еще не видела разбойников за деревьями, но чуяла их и слышала шаги. Она бросилась к дереву и нырнула в крону.

Длинные юбки ее красивого платья запутались в ветвях, Ульрика выругалась. Неудивительно, что леди не сражаются, – они и двигаться-то толком в своих нарядах не могут.

Она подобрала юбки, как смогла, и скользнула между ветвей, двигаясь на запах прячущихся разбойников.

– Считаю до трех, господа, – крикнул атаман. – Аккуратно положите оружие на землю. Или пойдете в город пешком и сами потащите свою карету. – Хоть мы и позаботимся, чтобы она стала полегче! – засмеялся кто-то из разбойников.

Ульрика обогнула растущую ежевику, нырнула под ветви. Теперь она видела одного арбалетчика – грязный мужчина сидел под защитой кустов. Она подкралась к нему сзади.

– Один! – крикнул атаман.

Ульрика схватила мужчину за шею, а когтями другой руки разодрала его горло. Оттолкнув падающее тело, она увидела лучника за деревом слева.

– Два!

Ульрика вырвала лук у воина и задушила его тетивой, он даже пикнуть не успел. Ветви упавшего дерева скрывали их от остальных разбойников, собравшихся у дальнего конца ствола.

– Три!

Ульрика перемахнула через поваленное дерево и обрушилась на бандитов в момент, когда те собирались спустить тетивы. Нападавших было пятеро – высокий мужчина в треуголке и с тяжелой дубинкой и четверо стрелков-оборванцев. Первыми Ульрика атаковала лучников – сбила их с ног и вырвала луки из рук.