Улыбнулся. Хрустальные пещеры — отличная возможность приблизиться к своей цели. Здесь нелегко устроить… скажем… небольшой магический взрыв, но зато никто не догадается, кто это сделал.

Ведь уже через две недели группу раманских студентов вместе с наследниками привезут сюда на экскурсию…

Глава 9

К счастью, допрашивать по отдельности нас никто не собирался. Все участники Ледяной семерки отлично дополняли друг друга и нарисовали следующую картину: монстра они усмирили, ритуал сработал, а зверь, превратившись в человека, растворился. Судя по всему — умер.

Эту версию пришлось озвучить несколько раз, и после всех отпустили, кроме… меня. Я осталась наедине с ректором.

— Ваше высочество, мне очень жаль, что вы были вовлечены во внутренние разбирательства академии и Стенфрида в целом. Скажите, как нам быть дальше? Стоит ли написать о произошедшем вашему отцу и изложить ему общую картину событий?

Я мысленно усмехнулась. Знал бы магистр, что его величество был непосредственным участником! Но по общей негласной договоренности об этом стоило умолчать. О моем-то хотели умолчать и просто не успели из-за подоспевших офицеров…

— Разве я принимала особое участие во всем этом? Я лишь была рядом с Вейланом, поэтому беспокоить короля из-за такой мелочи не обязательно.

— Вы совершенно правы, ваше высочество. К тому же, если я правильно понимаю ваши отношения со студентом Инвергардом, в обозримом будущем вы поменяете подданство.

Щеки вспыхнули румянцем. Почему все воспринимали наши отношения с Вейланом как нечто решенное? Словно мы давно были помолвлены… Но ведь это не так!

— Вы торопите события, магистр, — ответила, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Прошу прощения, — тут же откликнулся глава академии и поднялся. — Тогда вы свободны, студентка. Сегодня сотрудники тайной канцелярии еще раз проведут осмотр академии, и, если не будет выявлено аномалий, уже с завтрашнего дня возобновятся занятия.

— Благодарю.

В коридоре, прислонившись к подоконнику, стоял Вейлан и вертел в руке браслет. Заметив меня, он выпрямился и подошел.

— Какие-то проблемы?

— Никаких. Ректор беспокоился о том, нужно ли посвящать моего отца в произошедшее, но я сказала, что не стоит беспокоить его по пустякам.

— Отлично, — кивнул Вейлан. — Тогда провожу тебя до покоев и…

— Отправишься на аудиенцию к его величеству Торнбёрну? — догадалась я.

— Пуговка…

— Я не стану задавать никаких вопросов, мы уже обсуждали это, и я более чем осведомлена, что такое государственная тайна и как она может связывать по рукам и ногам, — тут же заверила я и направилась по коридору. Достаточно медленно, чтобы успеть поговорить. — Вейлан, меня кое-что беспокоит. Эринг Камая был проклят эти полторы тысячи лет, а мы сейчас пытаемся скрыть преступление Уле Торина. Насколько это правильно? Получается, с Эрингом поступили бесчестно. Пусть по прошествии времени следов не найти, а Торин умер, но… Стенфрид должен принести хотя бы официальные извинения Рамании, ты не находишь?

— Есть такое, но… мы поступили честно, отдав королю Рамании его подданного, и этим закрыли преступление о неразглашении тайны проклятия. Теперь останутся разбирательства между родами. Да, потомки Уле все еще живы — Найлс как раз его далекий потомок, — но думаю, их величества решат это все между собой, без нашего с тобой участия. И тем более без участия ректора и тайной канцелярии. Я сегодня был неосторожен, выпустил слишком много магии, и, думаю, твой отец кое о чем догадался.

На лицо Вейлана набежала тень, и он сглотнул, словно действительно совершил непростительную, но неизбежную ошибку.

— Отец сказал мне, но подробностей пока не раскрыл.

Вейлан не тот, кем хочет казаться. Я и раньше догадывалась, что он принц. Но что это меняет? По факту — ничего.

— Хорошо. Не переживай о проклятии. Мы не знаем подробностей, Пуговка. За что с Камаей так поступили? Каким он был при жизни? Знаешь, на королевской семье тоже проклятие. Это особо не афишируется, но именно поэтому наследников до восемнадцатилетия всегда семь. И поверь мне, у того, кто проклял королевский род, тоже были свои причины.

— Расскажешь?

— История давняя и ей больше семи веков. А еще — это тоже королевская тайна, — он усмехнулся и все-таки пояснил: — Дело в ледяной магии. В роду Эрленд её концентрация достигла пика, настолько, что при пробуждении дара половина наследников просто не выдерживала ледяной мощи и… растворялась во вьюге, становясь частью стихии.

— Они теряли человеческую оболочку? — ужаснулась я, и Вейлан кивнул.

Мы медленно ступали по коридорам академии. Инвергард подстраивался под мой шаг, и рядом с ним мне было спокойно. Удивительно, как всего за два дня я так кардинально изменила мнение о нем.

— Да, Пуговка. И король попросил помощи у стихии, дал клятву, которую… не смог сдержать.

— Какой была клятва? — нахмурилась я.