Я почувствовала, как по спине пробежал холод. И покосилась на Кристиана. Он сохранял невозмутимое выражение, ни единым мускулом не дрогнул. Слова министра его не удивили — он знал наверняка, что тот ему расскажет.

— Она прикасалась к вам? — тихо спросил дракон.

Министр замер и не сразу ответил. Его глаза забегали, он избегал смотреть на Криса и на меня.

— Да, — наконец сказал он и обречённо прикрыл веки. — К руке. Взяла меня за руку, а я ещё отметил — какая же у неё нежная кожа. И пахла она…. потрясающе.

Он закрыл лицо ладонью, будто пытаясь стереть это воспоминание.

— Она залезла ко мне в голову, — добавил он. — Я не мальчишка, Лоуренс. И не идиот. Но позволил развести себя и разве что слюни от восторга не пускал.

— А как она выглядит? Сможете описать? — поинтересовался Кристиан, пропустив мимо ушей его нытьё.

Вейлорн усмехнулся — коротко, без веселья. И поднял потемневший от гнева взгляд к лицу дракона.

— Такую сложно забыть — эффектная и яркая внешность. Волосы бордовые, глаза миндалевидной формы…. Когда она ушла, я ещё некоторое время пребывал в смутном состоянии. А когда пелена с глаз и разума спала — помчался к сестре выяснять, кого она ко мне подослала. Оказалось, девица и её обработала. Она до последнего считала, что привела ко мне твою супругу, Кристиан.

Дракон тихо хмыкнул и повернулся ко мне вполоборота.

— Моя супруга стоит перед вами, министр. Скажите, узнаёте ли вы в ней ту обворожительную даму?

Мужчина перевёл взгляд на меня и спал с лица. Кожа у него побелела на глазах. Он закачал головой, отчего его щёки затряслись.

— Что вы, нет! Я впервые вижу эту женщину!

— Что ж, вы нам сильно помогли, Гаррет.

— Мне… мне действительно жаль.

Кристиан понимающе качнул головой и достал из кармана пальто часы. Щелкнул крышечкой, вздыхая, и развернулся к двери.

— Прошу вас воздержаться от выезда из города до окончания расследования, Гаррет. Ваши показания потребуются в ходе судебного разбирательства.

Не дожидаясь ответа, он кивнул мне и направился к выходу.

Я ещё секунду стояла, будто прибитая к месту услышанным, потом резко развернулась и пошла за ним, стараясь не отставать.

Молча, потому что казалось неуместным говорить в подобном месте. Стены буквально давили на психику.

Кристиан шёл впереди, уверенно, размеренно, не оглядываясь, и по его спине, по осанке, по ровному шагу было видно — его ничто из услышанного не выбило из колеи.

Мы вышли из здания, и только когда холодный вечерний воздух ударил в лицо, я поняла, что всё это время почти не дышала.

Остановилась на ступенях, спрятав руки в карманы пальто. Дракон прошёл ещё пару шагов и только потом обернулся.

— Идёшь? — спокойно спросил он.

Я спустилась к нему быстрее, чем собиралась, и, не выдержав, выпалила:

— Ты знаешь, о ком говорил министр?

Он даже не удивился. Лишь слегка приподнял бровь, будто ждал именно этого вопроса.

— Разумеется, знаю. С самого начала подозревал, что она не просто так заявилась ко мне.

Меня передёрнуло.

— И что всё это значит?

Кристиан медленно пошёл дальше, и мне пришлось идти рядом, подстраиваясь под его шаг.

— Это значит, — спокойно произнёс он, — что мой брат, к моему глубочайшему сожалению, предал корону, связавшись с рубиновыми драконами Морвенна.

Я резко остановилась.

— Что?..

Он остановился тоже, но не сразу повернулся, давая мне время переварить услышанное.

— Но… — я сглотнула, — но при чём здесь Адриана? Почему они… почему вообще всё это вокруг неё вертится?

Кристиан повернул голову и посмотрел на меня долгим взглядом.

— Как я и говорил, мой брат кого-то покрывает. Он сдал тебя рубиновым, — добавил он уже холоднее. — Выставил шпионкой.

У меня внутри всё сжалось.

— А та дамочка, — продолжил, будто речь шла о чём-то будничном, — просто воспользовалась ситуацией.

Я стиснула зубы.

— Но… как? — выдохнула с жаром. — Как она его… околдовала? Он же дракон!

Кристиан коротко, придушено усмехнулся.

— О, моего брата можно околдовать одним весьма действенным способом, — протянул он, бросив на меня быстрый красноречивый взгляд.

Я поймала его и фыркнула, сразу поняв, к чему он клонит.

— Ну да, он тот ещё потаскун, — сказала, закатив глаза. — И что теперь?