Ната злится и говорит с ним сквозь зубы, как же хочется отлупить! Тетки не дают… Ты, говорят, ледь, и вообще часики тикают, а мы огриков хотим! Энджел, бедняга, исхудал совсем, испереживался, что увезет итальянский прынц его Нату в Забугорию, как есть увезет.

— Лягу тогда и помру, пусть плачет, — бурчит себе под нос шиншил, вспоминает свой уютный московский гамачок и диванчик, сразу же горячие слезы тоски по своему шиншильему имуществу омывают его грустную кислую морду. В общем, жизнь — боль, и никакого просвета в шиншильей жизни — тут белка Милка норовит утащить в свое дупло для свадебного марша и окольцевания с белкорождением, там Ната грустная отбивается от приторных итальянских песен и целыми днями сидит в библиотеке — читает древние записи, дневники, рецепты, создает новые заговоры и зелья. Вчера Энжи выбрался с ней на рыбалку, и что? Огрица щелкнула пальцем, рыба сама попрыгала в корзину — вся рыбалка. НО это же не по-огрски! Где долгое сидение с поплавком, баталия с бобрами, которые норовят проплыть и долбануть хвостом по воде, где веселое захватывающее ожидание поклевки? Никакая это не рыбалистая охота — так, баловство скучное, как в магазин «Акуловка» сходить. Туристы и ходют! Привозят их целыми автобусами, и они разбредаются, как тараканы, потеряться норовят!

Ната грустит по своей книге, того и гляди подхватит масинус — дряную болезнь чухонских тролей, как малыш Екало Кукало с соседского чухонского берега… Тетушки хитро погрузили ее в свои сложносплетенные сети из слез, просьб, угроз, жалоб, упоминаний ее горячо любимой мамы и бабушки Домны. Каждый день тетки помирают от разбитого сердца и паралича левого пальца на правой ноге. Регулярно к ним приезжает реабилитационный магавтомобиль и им делают искусственное огр-дыхание, Она даже заподозрила, что огр-доктор Бацилиус делает свои процедуры с явным удовольствием, очень уж счастливый он выходит из домика тетки Георгиевны. Нет, что-то тут нечисто!

Долго ли, коротко. Подошло время сбора ягодок гами. Огры побросали все свои дела и делишки, прихватили припрятанные заранее горшочки с вересковым медом, сушеные грибы и носки — пора в лес! Сезон ягод гами очень короток, да и мишки налетят, как саранча, разберут всю волшебную ягоду и пиши как звали!

Существуют ли мишки гами в карельском лесу? Конечно, существуют, даже если вы их не видите, живут они себе поживают и добра своего гамского наживают, а добро это очень от ягодок гами зависит, поэтому прячут они свою невероятную ягоду от всех всяких там посторонних В, ну вы понимаете…

Еще со стародавних времен у карельских огров подписан договор с прыгучими медведями, каждый огр, заходя в лес для сбора волшебной ягоды, ставит на пенек горшок с вересковым медом, связку сушеных грибов и кладет один вязаный носок, отходит в сторонку и говорит скороговоркой:

— Мишка, мишка, обернись, ягода явись.

Прыгунцы обязательно являлись, ягодка огру открывалась. Потому мишки гами так и скачут по лесу в разноцветных носках. Если вдруг встретите — не удивляйтесь, так надо, и вообще удобно в хозяйстве…

В своих «Хрониках Огрии» Ната так описывает ягоды гами:

Стебли разветвлённые, усов не образует. Листья похожи на листья земляники. Ягода имеет привкус ананаса. Растёт на сырых полянах и лугах. Обильно цветёт, но ягод завязывается мало. Её добавляют в еду и используют как лекарство. Молодые листья сушат на солнце и заваривают с ними чай, для чая можно использовать и сушёные ягоды. Если к листьям гами добавить листья смородины и Иван-чая, то чай получается оригинального огрского вкуса. Сок из гами придаёт бодрость, утоляет жажду, помогает снизить температуру и увеличивает магические способности. Рецепт сока такой секретный, что его передают от бабушки к внучке и никак иначе.

Простаки называют ягоды гами княженика или поляника, она редкая, и найти её в высокой траве непросто, это то же самое что найти цветущий папоротник на день Ивана Купалы.

Нитальянец Лука, всю жизнь потреблявший драгоценный сок мишек гами из хрустального стаканчика специальной серебряной ложечкой, естественно, увязался в лес, очень ему интересно, как же такое чудо растет и как его собирают в лесу.

— E un miracolo! Это чудо!

— Сам ты чуда юда, — вздохнул Энжел.