Гора Филина — особенное место. Простаки сейчас устроили здесь музей. А когда-то здесь был склад оружия, командный пункт чухонской армии и древнее капище. В глубокой жутковатой пещере царит вечная мерзлота, редкие путники, укутанные в шубы, прячут красные носы в воротники и идут строго по стрелке за дежурным магсотрудником. Здесь можно запросто заблудиться, потому что множество древних забытых ходов ведет под Ладогу и в Чухонию, они закрыты, но пару раз в газете «Кривда» были статьи о заблудших, ушедших сами не знают куда и неизвестно зачем. Все они возвращались, пораженные неведомым недугом. Страшно сказать — в них прорастала грибница, грибы росли по всему телу и прям в волосах, чесались и норовили что-то гундеть на грибном языке… О! Это долго и трудно лечится лягушачьим уксусом под песни русалок!

На выходе из портала стояло несколько желавших подзаработать лихачей, каждый из них сгущал краски и грозился домчать за мгновение до деревеньки карельских огров на берегу Щучьего озера. Наташа скептически хмыкнула — ухабы на дороге по Рисстилахти — местная знаменитость, простаки тут проводят зимнее ралли по бездорожью, а летом недорожье превращается в квест — собери на дороге свежие булыжники, которые наросли за неделю, что маггрейдер не бороздил местные просторы. Врут и даже не зеленеют! Нет, такие ушлые ей не подходят! Она выбрала чудесатый робот-магмобиль «Эх, прокачу», он аккуратно довез их до нужного места — Парикканьярви по-чухонски, а Щучье по-нашенски.

Извлеченный с превеликой осторожностью из-за пазухи Энжил был красный, взъерошенный и помятый, он долго отряхивался, а потом сердито выдал:

— Ты чуть меня не придушила своей грудью, почему так громко дышишь и сердце у тебя всё время шумит, я больше так не поеду!

Но он отходчивый и, быстро всё позабыв, бросился в объятья белки Милки, рванул на бреющем полете по корабельным соснам и был таков, найти его теперь в лесу можно с большим трудом, только если громко позовешь:

— Энжил, вересковый мёд!

Любимый племяш Наты — вихрастый огр Дава в прошлом году посетил Снежану Снеговну, собрал у нее из пазлов заколдованное слово «безмолвие» и теперь стал совсем умный, разумный вихрастый огр, соорудил электрический мотор на свою лодку, 3D-принтер и прочие чудеса, и теперь жизнь на хуторе стала удобная и комфортная, словно это не заброшенные избушки на краю света в лесу. Их накормили и уложили спать в новом барн-домике для гостей с огромными окнами и всеми удобствами. Но Нате не спалось, она обула местные черевички-туфельки и отправилась на улицу. Подлечила фруктовые деревья, влила жизнь в тепличные огурцы и помидоры, потом прошлась по розам и гортензиям. Сначала она долго говорила с лесом, лечила деревья и кусты, потом быстренько скинула одежду и бухнулась голышкой в воду, мигом принеслись русалки и закружили в хороводе, началось веселье, казалось, вот только мгновение назад она окунулась в озерную бездну, а уже совсем расцвело — новый день начался, и на мостках стоит сердитая тетка Ивановна.

Не было такого никогда, и вот опять.

Глава 3

Ниталия

Знаменитые блины тетки Ивановны, политые вересковым медом и соусом из розовых майских поганок, восхитительны! Ах, какая вкуснота, такого не найдешь даже в самом шикарном маг-ресторане. Ивановна и Георгиевна щебетали за завтраком, подкладывали шиншилу самые вкусные кусочки и умилялись:

— Выросли-то как! А как похорошели!

— Ага! Особенно грудь у Наты наросла! Чуть меня не задавила, — ехидно заметил Энжи.

— Да она теперь ладная огр-девица! Ничего, что книжки пишет! Женихи так и сбегутся, только кантеле в руки возьмет и запоет! — выдали себя с потрохами тетки.

Повисла гробовая тишина. Наташа и Энжел гневно переглянулись.

— Так вот оно что! Женихи! Вот почему позвали! Никакая не засуха!

— Да засуха, засуха! — затараторили тетки.

— Ты посмотри, как всё засохло! Сил никаких нет!

Но Наташу уже не провести на мякине:

— Вы мне зубы не заговаривайте! Опять какого замухрышку нашли, меня заманили и решили присушить? Чего вам не хватает? Вы же обещали, что больше не будете магичить и искать женишков?

— Что ты, что ты! Никто тебя присушивать и магичить не собирался, как сама захочешь, так и будет! А огр-то какой! Бравый! В шедевруме умеет, по клавишам бацает, евры лопатой гребет! По-нитальянски говорит! Огрократ! В трюфелях и пармезане понимает! Не то что наши климовские — только бы драться и русалок гонять! А этот в Неаполе живет, у самого моря! Заморской он! Твое зеркало ему послали, очень ты ему глянулась!

— Ниталия! Еще чего! Не нужен нам берег турецкий, и Африка нам не нужна! И забугорные не надобны! Патриоты мы! Не надо нам такого! — заорал перепуганный Энжел, перспектива менять кардинально свою шиншилложизнь его вовсе не впечатляла, да и отдавать Нату за не пойми кого? А как же его гамачок и яблочки? Опять же любимая Милка? А Огрия? Ну уж нет!

— Да уж, опять вы учудили, я ж просила — не надо мне женихов! Сама найду, — возмущается Ната.