На нас пялились, не таясь и не стесняясь. От шепотков, где звучали наши имена, у меня по спине то и дело пробегала нервная дрожь. В очередной раз вздрогнув, я невольно подалась к Вальтерону. Прижалась к его плечу, бессознательно ища защиту, и настороженно следила за гостями, которые не решались подойти, но таращились жадно и с нездоровым интересом.

— Пойдем в ложу, — предложил Вальтерон, обнимая меня за талию и быстро уводя в сторону.

Однако даже в личной ложе легче не стало. Создавалось впечатление, будто народ абсолютно не смотрел на сцену, повернувшись к нам. Единственной, кто не досаждал нам любопытными взглядами, была блондинка. Облаченная в эффектное золотое платье, украшенное перьями, с замысловатой прической, она в гордом одиночестве восседала в соседней ложе.

На мгновение наши взгляды встретились. Всего на секунду, но я успела заметить, с каким триумфом блеснули ее глаза, а алые губы тронула победная улыбка.

«Она в курсе, — пронеслось в голосе. — Знает, что все фальшь, и я не представляю никакой угрозы»

Почему-то от этой мысли стало невыносимо больно.

Я с трудом досидела до конца первого акта. Бездумно уставилась на сцену и почти ничего не видела. Сюжет прошел мимо меня.

— Ты в порядке? — спросил Вальтерон, стоило занавесу закрыться.

— Я хочу уйти, — тихо, но твердо произнесла я, вновь чувствуя на себе жадное внимание окружающих.

Их взгляды казались липкими, неприятными.

— Тебе плохо? — нахмурился он.

— Да... нет... Знаю, что это нарушает условия договора, но я... я хочу уйти.

На миг почудилось, что дракон откажет. Но он внимательно посмотрел на меня и едва заметно кивнул. А после поднялся и произнес:

— Мы уходим.

Схватил за руку и повел прочь. Очевидно, избегая встречи с чересчур любопытной публикой, повел меня потайными коридорами: темными, узкими, немного мрачными.

Я цеплялась за его руку, боясь отпустить и затеряться в них навсегда.

— Откуда? — только и успела поинтересоваться я.

— Это же мой комплекс, — не оборачиваясь, ответил он.

— И что? Неужели ты знаешь здесь все закоулки? — не поверила я.

— Именно. Или, по-твоему, я просто сижу в офисе и подписываю бумаги? Эта компания — мое детище, наследство, которое досталось мне от отца. И я намерен улучшать и преумножать его. Поэтому и вникаю во все аспекты.

Мы совершенно незамеченные вышли через потайную дверь, а после вернулись в пентхаус.

— Диван или кровать? — спросил Вальтерон, снимая смокинг и бросая его на спинку кресла.

— Ты серьезно? Неужели не уступишь мне спальню? — ахнула я.

— Мяу!

Нам навстречу бросился Мотти и со всего размаха прыгнул на руку.

— Соскучился, мой хороший, — заворковала я, прижимая к груди и поглаживая пушистый комочек. — Я тоже скучала. Очень и очень.

— Почему я должен тебе уступать, Алеантра? — подал голос дракон.

— Потому что я девушка.

— И?

— А, ладно, ты все равно не поймешь, — отмахнулась я. — Тогда предлагаю по очереди. Сегодня ты, а завтра я. Так будет честно.

— Я подумаю,— уклончиво отозвался Вальтрон. — Завтра утром мне надо слетать в столицу по делам. Надеюсь, в мое отсутствие ты не натворишь глупостей?

— Например, каких? — Продолжая поглаживать Мотти, я присела на диван.

— Например, решишь вновь пообщаться с тем спасателем. Не забывай, что теперь за каждым твоим шагом будут следить, Алеантра. Не давай мне повода усомниться в твоей верности.

— Тебя это тоже касается, — буркнула я.

— Я же сказал, тебе нечего бояться. Мой зверь сходит от тебя с ума. С каждым часом все сильнее, — сухим, надтреснутым голосом сообщил он. — Поэтому будет лучше, если мы сократим общение до минимума. Завтра отправимся на выставку. Марти введет тебя в курс дела.

— Хорошо, — кивнула я.

Отпустив Мотти, я взяла подушку и, положив ее поудобнее, притянула к себе одеяло. Диван был достаточно большой и мягкий, на улице стояла жара, так что особого дискомфорта я не ожидала.

— Надеюсь, ты позволишь мне искупаться? — спросила я.

— Ванная полностью в твоем распоряжении.

Наша игра в любовь началась. Продержаться требовалось всего неделю. Вроде мало и невыносимо много, когда дело касалось этого дракона с зелеными глазами.

Вальтерон сдержал обещание: следующие дни мы почти не виделись. Он уходил рано, когда я еще спала, и возвращался вечером, когда у нас был запланирован очередной выход в свет.

Посещение музея я перенесла значительно лучше, чем театр. Количество любопытствующих не уменьшилось, но они уже не воспринимались как враги. Я научилась улыбаться, кивать, здороваться и смотреть на дракона влюбленными глазами. Впрочем, с последним пунктом притворяться мне не приходилось.

Вальтерон мне нравился. Даже очень.