— Давайте мыслить логически. — Я наклоняюсь вперед и смотрю в глаза конфетки. — Полиция вам не поможет. Учитывая, кто я такой, никто вам не поможет. Поэтому не нужно поддаваться страху и делать глупости. Я ведь не пришел, чтобы навредить вам.

Вивиен хмурится и глубоко вздыхает. Немного подумав, указывает взглядом на прикроватную тумбу, на которой лежат её очки. Я беру их и аккуратно надеваю на неё. Девушка начинает мычать, пытаясь что-то сказать. Мне приходится убрать руку и отстраниться, чтобы не пугать её.

— Зачем вы пробрались в мою квартиру? — прочистив горло, спрашивает она, а затем грозно добавляет: — Только попробуйте ответить «неважно».

— Не знаю. — Я щурюсь, забавляясь тем, что впервые вижу ее такой рассерженной.

— Не знаете?! Это шутка такая?!

Даже когда злится, очень красива. И я снова и снова убеждаюсь, что не могу оторвать от неё глаз. Наоборот, хочется притянуть к себе и поцеловать.

— Хотите прогнать меня, Виви? — шепчу я, наблюдая за тем, как краснеют её щеки.

— Д-да, — неуверенно отвечает она.

— Я никуда не уйду. Ложитесь спать, если плохо себя чувствуете.

— Со мной всё хорошо. — Ее взгляд потухает. — Уходите.

— Я ведь уже сказал, что не уйду.

— А ваша девушка не будет против того, что вы проводите время вместе со мной? — Вивиен встает с кровати и скрещивает руки на груди.

— Моя девушка? — Я пытаюсь понять, о чем она говорит. — Вы еще не ответили мне «да». Откуда взялась девушка?

— Вы сами должны... знать, — её голос начинает исчезать. — Я просто не понимаю, зачемлгать и пытаться построитьотношения со мной, когдавы ночами пропадаете у другой.

В моей голове потихоньку начинает собираться пазл. Но деталей все еще не хватает.

— Откуда вы узнали?

— Неважно! — Губы Вивиен начинают дрожать. По щеке скатывается слеза. — Уходите. Пожалуйста.

— Хорошо. Но прежде чем уйти, мне нужно кое-что у тебя узнать, Конфетка. — Я в два шага преодолеваю расстояние между нами и обхватываю ладонью ее шею. Виви впивается ногтями в мое запястье и с болью в глазах смотрит на меня. — Почему ты спишь обнаженной?

Вивиен цепенеет, часто хлопая глазами. До нее доходит, где я проводил ночи, но от этого не становится легче. Девушка напрягается и с трудом сглатывает слюну.

— Это были не сны, — шепчет она.

— Это был я. — Монстр рвется наружу, и мне приходится припечатать Виви к стене, потому что я начинаю терять контроль над собой. — Каждую ночь. С самого первого дня твоего появления в библиотеке я приходил к тебе. Прикасался. Целовал. Ласкал. И ты просила еще. А я не мог дать большего, потому что ты спишь, черт возьми.

Я провожу пальцем по щеке девушки и спускаюсь к губам. Сжимаю челюсть от возбуждения, которое испытываю рядом с ней, и тянусь к пуговицам на ее пижаме.

— Нет! Не прикасайтесь ко мне. — Дыхание конфетки сбивается, и она сильнее впивается ногтями в мое запястье.

— Но ты хочешь этого, Виви. Тебе нравятся мои прикосновения.

— Неправда.

— Тогда считай, что я делаю это насильно, — рычу я, сдавшись монстру и сорвав с неё кофту. — У тебя больше нет недели. Ты моя.

***

Вивиен

Я пытаюсь оттолкнуть мужчину, который за считанные секунды рвет на мне одежду. Бью его по плечам, надеясь, что он остановится, но Валериан продолжает срывать с меня остатки ткани. Потянувшись к трусикам, избавляется и от них.

— Не надо! — Из моих глаз брызгают слезы. Страх нарастает в груди и вынуждает дрожать.

Власов поднимает меня одной рукой за талию и грубо бросает на кровать. Нависая надо мной, придавливает мое тело к матрасу своим весом. Мне не хватает сил, чтобы оттолкнуть его и вылезти из-под него. А крики ничем не помогают. Мужчина словно не слышит их.

— Перестань! Хватит! Я не прощу тебя, если ты сделаешь это! — Мои рыдания не производят на него никакого эффекта. Будто я говорю с пустотой.

Валериан проводит кончиком носа по моей шее и оставляет на ней поцелуи. Вдыхает мой аромат и скользит ладонями по талии.

— Какая же ты сладкая, — хриплым голосом произносит он. — Моя конфетка.

Возможно, если бы мы находились в другой ситуации, эти слова произвели бы какой-то эффект. Но сейчас они совсем не помогают мне. Только подпитывают мой ужас. Особенно когда Призрак стягивает с себя водолазку и остается наполовину обнаженным.

Моя теплая кожа касается его холодной, и по оцепеневшему телу ползут мурашки. Валериан прижимает меня к себе, дав почувствовать каждый свой шрам. Узоры на его торсе оставляют отпечатки на мне. Но это все уходит на второй план, когда я встречаюсь с ним взглядом. Смотрю в глаза, в которых бурлит что-то темное, чужое. Передо мной словно совершенно другой человек. Потерявшийся в самом себе. И я хочу докричаться до него. Попросить моего Призрака вернуться ко мне.

— Валериан. — Я обхватываю ладонями его щеки и целую Власова в губы. Нежно и ласково смотрю в глаза, поглаживая большими пальцами верхние скулы мужчины. На мгновение забываю обо всем, что он сделал. Это сейчас неважно. Главное — достучаться до него. Вернуть ему самообладание.