— Это ваш племянник? — догадываюсь я, разглядывая длинные ресницы мальчика.

— Да. Самаэль. — Власов поворачивает голову в мою сторону и тянется ко мне свободной рукой. Находит мое запястье и слегка нажимает на него пальцами. Я вздрагиваю, прикусив нижнюю губу. — А говорите, что не больно, — мрачно произносит он.

— Разве что совсем немного.

Я хочу встать и приступить к работе, но мужчина не дает мне этого сделать. Все еще держит, поглаживая большим пальцем кожу, покрывшуюся мурашками.

— Можете…

— Нет, — перебивает он меня, прежде чем притянуть к себе и оставить холодный поцелуй на моем запястье.

По моему телу проходит электрическая волна, вызывающая табун мурашек и бьющая по сердцу кнутом. Пульс ускоряется, а голос превращается в беззвучные вздохи. Я часто хлопаю глазами, пока Валериан повторяет свое действие. Мне не удается вырваться руку, потому что она не поддается. Тело не подчиняется.

— П-п-ерестаньте, — с трудом произношу я.

Валериан резко останавливается и выпускает мое запястье.

— Нам нужно серьезно поговорить, Вивиен, — стальным тоном шепчет он. — Сегодня же.

— О чем? — недоумеваю я.

— О том, что у меня есть к тебе чувства.

— Что? — У меня от шока широко распахиваются глаза. Я падаю на попу, в очередной раз уставившись на мужчину как на Призрака. Прокручиваю в голове его слова и говорю себе, что мне послышалось. Это неправда.

— Приступайте к работе, Виви. Как только Самаэль проснется, я отнесу его к Аурелии, а затем мы с вами побеседуем. — Почему-то слова Власова пугают меня. Все внутри сжимается и причиняет физическую боль.

Я медленно поднимаюсь с пола, буквально сбегая от Призрака. Хочу спрятаться от него за стеллажами, чтобы не слышать его голоса. Но я знаю, что это невозможно. Мне придется выслушать мужчину.

Чувства. У Валериана есть ко мне чувства. Уверена, они не дружеские. А что, если он предложит мне отношения? Если соглашусь, то к чему это приведет? А если не захочу быть парой? Примет ли мужчина мой отказ? Или попытается причинить боль?

Затаив дыхание, я сажусь у стеллажа и молча смотрю в одну точку. Прислушиваюсь к каждому шороху и с замиранием сердца жду, когда малыш проснется.

***

Валериан

Самсон был прав, сказав, что я не должен ничего решать за Виви. Следить за ней постоянно, не имея возможности прижать девушку к себе без повода, коснуться её, поцеловать, вдохнуть опьяняющий аромат ежевики становится все невыносимее. Алгоритмы в голове смещает одно только имя. Мне сложно сфокусироваться на работе, книгах и даже на семье. А такого раньше не происходило. Все изменилось с появлением Вивиен. Из-за нее я должен привыкать к новому себе. И терять это новое не в моих планах.

Пока Самаэль спит, я прислушиваюсь к каждому шороху в библиотеке. Слышу, как конфетка открывает и закрывает книги. Ее работа не идет в прежнем темпе. Все происходит слишком медленно и неуверенно, выдавая волнение девушки.

Наверняка мысли Виви сейчас заполнены мной и моими словами. Возможно, она уже думает над тем, как вежливо отказать мне. Ищет повод. Даже не подозревает, что у неё их очень много. Если бы ей было известно обо всем, что я сделал и продолжаю делать, девушка сбежала бы от меня, сверкая пятками. Но пока Вивиен в неведении, удача на моей стороне. Остается только решить, удивить её правдой или чувствами.

Самаэль начинает ерзать на моей груди. Ровное дыхание племянника сбивается, и он слегка привстает. До моих ушей доносится звук внезапный хлопок. Виви роняет книгу. Я чувствую её страх. Он заполняет собой все пространство вокруг, проникает в мою грудную клетку и окружает огнем сердце.

— Я отведу Сэма и вернусь, — сообщаю я девушке, прежде чем покинуть библиотеку.

Сэмми продолжает обнимает меня и зевает, пока мы идем по коридору. Мне приходится спустить повязку для безопасности ребенка. Обычно он продолжает всегда обнимает меня за шею, положив голову на плечо. Не смотрит в лицо. Но сегодня чадо решает испытать меня.

Племянник запрокидывает голову назад и буравит меня взглядом. Я упрямо избегаю этого контакта, но надолго моей выдержки не хватает. Остановившись, я встречаюсь с ним глазами и замираю. Последние пару дней Демьян просил меня смотреть полминуты на Сэмми без балаклавы и у меня получалось, поэтому сейчас это не должно отрицательно повлиять на меня. Я жду, что Сэм проявит хоть какие-то эмоции. Однако этого не происходит. Мы просто смотрим друг на друга несколько секунд. Мое тело леденеет от напряжения.

Я не хочу пугать ребенка отсутствием эмоций. Но улыбнуться ему тоже не могу. Обычно это выходит пугающе. Возможно, если я постараюсь, все будет хорошо. Легкая улыбка. Нужно просто напрячь мышцы лица, и я пытаюсь это сделать, наблюдая за реакцией Самаэля. Не уверен, смогу ли смотреть на него, если он проявит эмоции.